Внезапно Шилдс заметил, что, пока он стоял в легком трансе, рассматривая белевшую в темноте дверь, друг приблизился к ней почти вплотную. Он не знал, что Дэнни не следует за ним. Воображение молниеносно нарисовало Дэнни такую картину: он не успевает крикнуть, чтобы предупредить Сида об опасности, тот открывает дверь (и она открывается!) и входит в комнату. Дверь за ним захлопывается… и Дэнни, как ни пытается, войти вслед за другом не может. А из комнаты не раздается ни единого звука… он больше не увидит Сида. Сид действительно мог вполне успеть взяться за ручку двери, потому что Дэнни вдруг позабыл все слова. Но Сид обернулся и уставился на Дэнни во все глаза, пытаясь в сумраке коридора рассмотреть его лицо.

– Дэнни! – позвал он друга. – Чего ты там застрял? Идем! – Он повернул голову к двери и взялся за медную ручку.

– Сид! – крикнул Дэнни. Он не ожидал, что крик окажется таким громким.

Сид отдернул руку и, повернувшись к Шилдсу, зашикал на него:

– Чего ты орешь, идиот? Я что – глухой? – Он сделал несколько шагов в сторону Дэнни. – Если он спит, ты же разбудишь его. Ну, что стал как вкопанный?

Сид плохо видел лицо Дэнни. Если бы он хорошо его рассмотрел, то испугался бы еще сильнее. Дэнни стоял с побелевшим лицом, чувствуя, как его ноги становятся словно ватными. Просто удивительно, как он еще не падал. Раньше Дэнни думал, что, когда кто‑то говорит, что у него ноги подкосились, это просто выдумка, сказанная ради красного словца, но вот сейчас убедился в обратном. И еще он всерьез опасался, как бы не наделать в штаны.

– Дэнни, – повторил Сид, – чего ты застыл? Идем. Осталось совсем немного! – Он потянул друга за рукав.

– Сид, подожди.

– В чем дело?

– Я должен тебе… что‑то рассказать, – объяснил Дэнни.

– Опять? – Сид не на шутку рассердился. Оказывается, Дэнни рассказал ему не все. И в самый последний момент он, видите ли, решил поведать еще о какой‑нибудь твари, нечаянно посетившей их семью, но уже за обедом. Сид не желал больше слушать никаких ужасов, он и так чувствовал себя совершенно разбитым. Он уже начал было надеяться, что Лилипута вообще нет в доме (и он никогда не появится здесь), хотя, конечно, были еще комнаты, куда они не заходили, но все же основные места в доме они уже проверили. – Что? Ты хочешь мне сказать еще что‑то про эту дохлятину? Так?

– Нет! – отпарировал Дэнни. – Кое‑что похуже!

– Да? – недоуменно откликнулся Сид. – И что же? Что? Дэнни посмотрел на Сида и, опустив голову, тихо проговорил:

– Понимай как хочешь, но с тех пор, как мы переехали сюда, эта дверь не открывалась. Только у меня одного, потому что и Джонни и родители спокойно заходили в эту спальню, только я никак не мог ее открыть.

Дэнни поднял глаза, но смотрел мимо Сида. Тот на секунду проглотил язык, потом его словно прорвало.

– Что значит «у меня»? Что за бред? Ты только подумай, что ты…

– Это звучит глупо, но я не могу ее открыть.