- Я вижу, ты великолепно владеешь черной магией.

Он протянул руку, предлагая свою помощь, но Пан решительно отвергла ее и попыталась встать самостоятельно. Привело это только к тому, что она вывозилась в грязи и вымокла. Платье облепило тело, что ощущалось особенно болезненно под насмешливым взглядом оборотня. Впрочем, долго ему развлекаться не пришлось, потому что минутой назад насаженный на вилы кузнец и два его не менее мертвых приятеля приподнялись на руках и попыталась оторвать тяжелые тела от жидкой грязи. Это обстоятельство заставило Пан пулей вскочить на ноги и скрыться за спиной Низу. Лис был одного с ней роста и почти хрупкого сложения – если сравнивать с тем же кузнецом-покойником – и прятаться за ним было бесполезно, но Пан тем не менее уцепилась за его плечо.

- Что будем делать?

- Что, я больше не предатель, завлекший тебя в ловушку? – ехидно поинтересовался оборотень, не сводя глаз с покойников, выбирающихся из грязи.

- Я серьезно, Низу! – рявкнула Пан.

Лис потер ухо.

- Ну, для начала доберемся до тракта, для этого придется обогнуть деревню по левой стороне, а там разберемся.

- Ключевое здесь – «обогнуть деревню?» - Пан встряхнула оборотня. – Как ты намереваешься это сделать?

- Ну, умруны, они медлительные, и меткость их оставляет желать лучшего… - протянул лис, цапнул Пан за руку и побежал.

Болото растекалось быстрее, чем способен был бежать оборотень, обремененный к тому же городской жительницей, убегавшей в своей жизни только от рассерженных владельцев кондитерских лавок, да и то в раннем детстве. Всякий раз, когда появлялась надежда ступить на сухую твердую землю, ноги находили очередную зловонную лужу. Троица преследователей, которых болото совсем не волновало, уже дышали в спину.

- Умруны, они медлительные, - передразнила Пан, оглянувшись через плечо на покойников, спокойно бегущих следом. – И меткость…

- Побереги дыхание! – резко приказал Низу.

Наклонившись вперед, он бежал, при этом поддерживая уже уставшую Пан. Возмущение сыграло свою дурную роль – она действительно задыхалась, срываясь на хрип. От деревни наперерез им уже выступила неспешно целая толпа – бесполых, оборванных, окруженных плотным коконом ненависти. У Пан к горлу подступил ком, она закашлялась и еще немного сбавила темп. Низу бежал, подстраиваясь под ее скорость, не оглядываясь, не смотря себе под ноги. Тем не менее, он умудрялся избегать протянутых к нему рук и не спотыкаться, чего нельзя было сказать о шутовке. Лапа кузнеца рванула с ее плеча платье, обрывки рукава повисли, щекоча локоть.

- Налево, - спокойно скомандовал оборотень, окинув небрежным взглядом толпу у самой деревни.

Выйдя за околицу, крестьяне сбились в кучу, ощетинились лопатами, граблями и острогами и замерли. Низу плечом подтолкнул Пан в указанном направлении и поднял глаза на небо. Тучи в ожидании замерли, задевая верхушки деревьев и печные трубы домов. Лис пробормотал несколько слов необычайно ласковым, просительным тоном, и щелкнул пальцами левой руки. Туча воркотнула, рванула еще ниже и обрушилась на землю шквалом тяжелых, по-осеннему холодных капель. В сгустившейся темноте стало тяжело различать детали, на что Низу надеялся особо. Сбив Пан с ног, он следом за ней покатился в канаву и быстро зажал девушке рот. В блеске молний было видно, как медленно и неповоротливо крестьяне проходят мимо – навстречу своим собратьям.