- Поверьте мне, дорогие мои, я здесь просто доживаю свой век. Недуг, который я заполучила благодаря вам, - голос ее становился все злее, - он все сильнее разгорается. Я уже обессилена и обезображена и вынуждена носить маску! Еще немного, и смерть придет за мной!

Маги переглянулись.

- Где моя дочь? – сухо спросил Герн.

- Рыжее отродье твоей малютки-воздушницы? – едко уточнила Эйслин. – Думаю, она уже дотлевает на столбе в Лисьих Норах. Сам понимаешь, «лиса на двор, смерть на двор». Если ты хочешь, я пришлю тебе зеркало, чтобы ты сам смог все увидеть…

Герн бросился к ведьме, и вновь щит отбросил его назад.

- Вы слишком возбуждены, родные, так разговора не выйдет, - Эйслин медленно направилась к двери. – Я пришлю к вам служанку с обедом. Поговорим, когда вы будете к этому готовы.

Дверь захлопнулась с грохотом, на секунду оглушившим обоих магов.

- Она, кажется, совсем обезумела… - пробормотал Рискл. – Когда я видел ее последний раз, она… Герн?

Огненный невидящим взглядом уставился на огонь.

- Слушай, Герн, она – сумасшедшая. Если честно, я даже не верил, что она переживет то заклинание, старик. Она все наврала. Ничего с твоей дочерью не случилось, поверь.

Герн медленно покачал головой.

- Этот рыжий тип, приятель трактирщика, ты что, не видел? Он – оборотень, лис-оборотень! Пламя! Я должен был понять это раньше! – голос мага сорвался на всхлип. – «Лиса на двор, смерть на двор». Пан! Девочка моя!

Рискл неловко обнял приятеля за плечи, пытаясь успокоить, что впрочем ему не удалось.

Глава одиннадцатая. Дорога сна

Пан проснулась в кромешной темноте и с трудом подавила панику. Все в порядке, просто на мельнице нет окон, дверь заперта, а в лампе кончилось масло. Она прислушалась к дыханию спящего оборотня и смогла наконец успокоиться. Через несколько секунд она различила и тихий звук дождя, стучащего по крыше. Осторожно соскользнув с постели, Пан прокралась к двери, чудом не сбив ничего по дороге, и отодвинула щеколду. Дождь шелестел в траве луга, заставляя его пахнуть еще сильнее медом, от капель закипала обычно спокойная Рыжанка. Тучи выглядели вполне дружелюбно.

Опустившись на порог, Пан подперла подбородок обеими руками и погрузилась в мрачные раздумья. Она, очевидно, сошла с ума, потому что ветер пытается убить ее, тучи кажутся дружелюбными, она доверилась дууху, который, как известно, питается наивными юными девушками. Пан оглянулась через плечо в комнату, но ничего не смогла разглядеть в темноте.

Да, есть же еще бумажка, подсунутая мастером Парраном! «Стопа», достопримечательность Лайсена, способная к совмещению реального мира и изнанки…

Пан подскочила, пребольно ударившись локтем о дверной косяк, и метнулась в комнату. Уже секунду спустя она трясла оборотня– исключительно благодаря удаче – за здоровое плечо.

- Низу! Низу! Да проснись же!

- Чего? – пробормотал лис. – Ты жестокая женщина…

- Ты знаешь, что такое «Стопа»?

- Понятия не имею, - зевнул оборотень, попытался отвернуться от шутовки и тут же взвыл от боли, придавив раненое плечо. – Пан! Ты – чудовище!

- Ну, прости, - обиделась шутовка.

- Там на столе где-то свечка валялась, - проворчал лис. – Проклятье! Я с тобой убьюсь, честное слово!

- Если бы не я, ты бы помер еще там, на лужке, - парировала Пан, зажигая свечу.

Держа ее так, чтобы воск не капал на пальцы, шутовка присела на край кровати. Повязки и без ее вмешательства промокли от крови, так что их все равно пришлось бы менять.