– Да что ты? – плюётся Тэун. – С чего бы нам тебе верить?

– С того, идиот, что Хэги и Сэги ещё никого из вас не порвали на части, а могли бы!

Это правда. Тэуна удивило, что они послушались и бросили тело господина До, а теперь почему-то приклеились к соборной стене и висят там, как Питеры Паркеры, вниз головой и смотрят, как их хозяин возится со смертным.

Тэун пожалеет об этом, но позже.

– Ладно, – кашляет он. – Отпускаем друг друга. Три, два…

Они с Союлем разжимают руки одновременно и отходят от стены. Юнсу, Джи и Хичжин кое-как поднимаются обратно и окружают токкэби со всех сторон.

Тэун трёт шею.

– Ты хотел поговорить, – сипит он. – Но мы уже знаем, что твоя подлая душонка работает на бога, незачем теперь притворяться!

– Ох, из всех людей… – начинает Союль медленно и прикрывает на мгновение глаза. Хэги и Сэги следят за ними со стен собора. Союль подаёт им знак, и паразиты чуть расслабляются.

Всё это Тэун отмечает скорее снова проснувшимся чутьём, а не зрением: чувствует, как сжимается воздух вокруг собора, обещая бурю. Словно всех их заключило в пузырь, и кислород внутри заканчивается – все органы стискиваются в ожидании драки.

– Из всех людей, – продолжает Союль, – почему моя ненаглядная выбрала такого дебила…

– Хватит водить нас за нос, – встревает Хичжин. У неё в руке блестит кастет, и она готова ударить гоблина при первой возможности. Но он никак на неё не реагирует.

– Вы должны были задержать Харин, – вздыхает он, оглядывая собравшихся вокруг людей и квемулей. – Понять, для чего нужны были жертвы, распутать всё до конца, взять с собой змеёныша и явиться на Чеджудо уже после того, как минует буря. В спокойное место, где Харин была бы в безопасности. Но она, нетерпеливая девчонка, решила сунуться к Тангуну сейчас.

– О чём ты? – спрашивает Джи чуть дрогнувшим голосом. – Мы всё разгадали, вы с Тангуном хотите вырастить пульгасари в теле человека!

– Ой ли? – щурится Союль. И, не обернувшись даже, спрашивает у Бэма: – Ну-ка, змеёныш, скажи, нужны ли для сосуда конечности мертвецов? Руки, ноги, голова? Нужны?

Голова Бэма показывается над ступенями собора, он удивлённо моргает.

– Н-нет.

– Так и для чего тогда нам с Тангуном, как вы говорите, возиться с кучей трупов, если для сосуда они нам не нужны?

Лица Джи и Хичжин вытягиваются, Тэун и Юнсу переглядываются друг с другом. Тэун чуть опускает пистолет, теперь дуло указывает на грудную клетку Союля.

– Весь обряд был описан на стене в доме шамана Лю, – срываясь на рык, объясняет гоблин. – А вы это проигнорировали, пустые ваши головы! Да уберите свои пукалки, меня таким не убьёшь!

Тэун кивает Юнсу, и тот опускает пистолет, делает шаг назад. Они договорились, что если рядом с Юнсу появится гоблин, то детектив Ли не будет бросаться на него ни с голыми руками, ни с оружием – Союль прав, его простыми пулями Юнсу не заденет.

– Мы и правда… – с запоздалым пониманием говорит Хичжин. – Мы правда забыли про стену в крови.

Харин забрала у Тэуна наушники, и пацан теперь не поможет. Тэун трясёт головой.

– Так, – произносит он, не сводя глаз с Союля. На лице токкэби играет нахальная улыбка, хотя взгляд всё такой же злой. – Что за обряд тогда, о чём ты говоришь? Раз уж начал объяснять, рассказывай.

Союль закатывает глаза.

– Эй, не надо тут! – рявкает Тэун. – Мы все изрядно устали, и Харин там наедине с Тангуном, одна! Если знаешь что-то, что может помочь ей, отвечай сейчас же. Или она не дорога тебе?

– Да как ты смеешь! – выплёвывает Союль. Минутная вспышка утихает, он скрещивает руки и делает шаг к Тэуну.