Пульгасари снова визжит и отбрасывает Харин, словно куклу. Она выпадает из круга, задевая ногой начертанный символ. Дрожащий свет вокруг чудовища меркнет, и монстр, почти ломая Союля, выкидывает за пределы печати и его тоже.

– Проклятье! – рычит он. – Харин, бусина!

Бусина в руках у Бэма, и он поднимает взгляд от раненого Тэуна, успевая заметить лишь, как пульгасари, взревев, вырывается из круга, расшвыривает Хэги и Сэги, точно игрушки и те летят в стены, теряя колья.

– Давай, Бэм! – подхватывает команду Джи. Имуги замахивается, чтобы бросить в Харин светящимся шариком, средоточием энергии кумихо и человека. Сейчас он пылает красным, золотым и зелёным, близость имуги подпитала её дополнительно, и летящая в Харин бусина теперь действительно похожа на жемчужину.

Один теневой хлыст удлиняется и тянется к Бэму, Тэун стреляет, но промахивается, его пули никак не вредят дымовой конечности. Истощённая Харин не может подняться – только кричит. Тэун закрывает собой Бэма, всё вокруг него замедляется, он думает о том, что не успеет, не успеет спасти её, не успеет…

Перед ним и Бэмом, как самое слабое препятствие для многовекового чудовища, возникает Юнсу: бросается наперерез хлысту. Тот вонзается прямо ему в живот, распарывает тело, и кровь брызжет из спины Юнсу. Даже не вскрикнув, тот падает перед ошеломлённым имуги. Хичжин кричит.

– Нет! Юнсу! – её отчаянный вопль сплетается с криком Тэуна. Русалка оказывается рядом с упавшим Юнсу. Круг квемулей разрывается окончательно, и пульгасари скользит к замершему Бэму, залитому чужой кровью. От страха тот не может пошевелиться. Тэун падает у тела Юнсу, отвлекается, пока пульгасари заносит когти над имуги.

– Отдай мне моё, мальчиш-ш-шка.

Бэм не может пошевелиться, но отвечает твёрдым голосом:

– Ни за что.

– Тогда ты умрёшь! Ты и твои…

Харин подбирается к врагу со спины, вонзает когти в голову Ри Тэсо, торчащую из тела. Пульгасари воет и оборачивается – и Тэун успевает оттолкнуть Бэма прочь.

– Воткни ему жемчужину прямо в сердце, – тараторит он, прежде чем кинуться Харин на помощь.

Харин смотрит ему прямо в уцелевший глаз, тяжело дышит. Вокруг них воет ветер, кричит Хичжин, где-то рядом стонет ослабевший Союль. Харин плачет.

– Ты никого не щадишь, я знаю, – отвечает она и вскидывает голову. – Ничего ты не получишь, я убью тебя!

– Ты не смогла сделать этого триста лет назад, – напоминает Бёнчхоль. – И сейчас не сможешь.

Одна рука его хватает Харин за горло и поднимает над полом, встряхивает, точно мешок с рисом. Харин стискивает жемчужину между зубов.

– Как ты обманываешь людей? Целуешь? Поцелуй меня, и я остановлюсь.

Он приближает к себе голову Харин, наклоняет её сам, разевает пасть. Язык вываливается из неё, облизывает щеку лисицы. Она брыкается, царапает когтями тени вокруг монстра.

Тэун кидается прямо к ним.

– Джи! – кричит он. Домовой понимает его в одно мгновение, подхватывает кол Хэги и бросает Тэуну. Он оказывается за спиной пульгасари быстрее, чем тот успевает завершить начатое.

– Только через мой труп ты её поцелуешь! – Тэун вонзает кол в торчащую из спины пульгасари голову Ри Тэсо. Монстр взвизгивает, отпускает Харин.

– Глупе-е-ец! – воет пульгасари. – Только через твой труп, говориш-ш-шь? Я это устрою!

Расколотая голова вдруг оживает и вытягивается, хрустит. Удлиняясь, его челюсть превращается в пасть и вгрызается осколками зубов и костей в шею Тэуна. От ослепляющей боли мир вокруг него подёргивается алым, а потом его бросают к разбитому окну, как мусор. Тэун падает на пол и больше не может подняться, происходящее теперь видится ему перекошенным набок зрелищем.