– Да. У дома много земли, ему принадлежит часть леса. Есть документ, подтверждающий право собственности. Я там никогда не бывала, но со слов Сони знаю. Если углубиться в чащу, увидите забор. Впритык к изгороди часовенка, в ней склеп – место упокоения поколений Кузнецовых. Все находилось в ужасном состоянии, пока Илюша не женился на Соне. Девочка попросила в качестве свадебного подарка не колье с бриллиантами, не диадему, ничего эдакого, а реставрацию часовенки. Но Матвей не захотел впускать рабочих. Потом вдруг попросил Егора похоронить его с предками и лишь тогда все в порядок привести.

– Понятно, – пробормотала я. – Ваша невестка хорошая дочь.

Валентина Тимофеевна вздохнула.

– Сонечка прекрасная, добрая. Матвей замечательно устроен. У него хорошие врачи, вкусная еда, массаж, прогулки… Но! Девочка его не навещает. Я ее не упрекаю, понимаю, ее же в России нет.

Глава шестнадцатая

– Валентина Тимофеевна, почему вы думаете, что Егора Ивановича отравили? – уже в который раз задала я главный вопрос дня и добавила: – Может, кого-то подозреваете? Рассказывая о своей семье, вы ни разу не упомянули сестру Нюши. Ксения не общается с Анной?

– Ксюша хорошая девушка, – затараторила Рыжова, – просто она к нам редко заглядывает, много работает. А насчет вопроса, почему думаю, что сына отравили…

Валентина разом покраснела.

– Ну… вообще… лучше… если найдете сами отравительницу!

– Полагаете, что преступник женщина? – тут же уточнила я.

Валентина опять схватилась за воду.

– Нет, нет, нет! Просто… ну… просто… как правило, женщины ядом пользуются! Ох, устала! Очень! Извините! Заняла ваше время. Ладно! Скажу честно! Мне очень надо, чтобы вы сами нашли ту… что отравила Егора! Сами! Лично! Я вообще ни при чем! Не знакома с вами! Вообще! Никак! Вот что надо! Обнаружили преступницу… преступника… вот! Ох! Забыла! У меня… э… э… дело! Из головы вылетело… Давайте завтра… нет… через день поговорим. Да! Так!

Валентина вскочила и убежала.

Я позвонила мужу, сбросила ему запись нашей беседы и попросила:

– После того, как прослушаешь, напиши. Посижу пока в «Элефанте», почитаю послание от профессора-умницы. Наверное, потребуется купить какие-то лекарства. Изучу внимательно письмо, затем порулю в аптеку и домой. У меня создалось впечатление, что Валентина подозревает какую-то женщину, скорее всего одну из тех, кто входит в ближайший круг общения. Почему мне такое пришло в голову? Потому что стало понятно: возможно, мать знает, кто лишил жизни ее сына, но боится назвать имя. Она понимает, что если отправит нас прямиком по нужному адресу, то дотошный Степан Дмитриев найдет способ запихнуть преступника в каталажку. Но члены семьи будут недовольны. Почему? Они любят этого человека. И, вероятно, их отношение к бабушке, которая устроила охоту на убийцу, сильно изменится в худшую сторону.

– Подожди, – остановил меня муж, – по твоему мнению, дети готовы простить преступнице смерть отца?

– Похоже, Валентина так думает. Круг подозреваемых стал очень узким. Это или Людмила, или Софья, или Екатерина. Братья и сестра – спаянный коллектив. Один за всех и все за одного. Невестки в семье – дорогие дочери. По какой причине все внуки Рыжовой некоторое время назад уехали за границу? Такое ощущение, что они сбежали.

– Как тебе такая версия? Соня, Катя, их мужья, Людмила и Андрей уважали и нежно относились к Егору Ивановичу. Он для невесток – отец родной. И они все обожают свою маму.