Норб смотрел, как он уходит.

— Ну... ну... — Он откашлялся. — Странные эти люди, земляне. Холод сделал их сильными и... и благородными на вид.

— Что-то ты стал сентиментальным, — сказал Дженнес. — Ладно, сейчас взлетаем.

Норб уставился в иллюминатор, где мерцающее багровое солнце садилось за горизонт, и вскоре должно было начать темнеть. Дженнес потянулся к рычагу пуска.

— Эй!..

Норб повернулся и увидел, что напряженный Дженнес пытается потянуть пусковой рычаг, но рука его почему-то не сгибается в локте.

— Что-то случилось. Я не могу согнуть руку. Иди сюда и потяни рычаг сам.

Норб поспешил к пульту управления.

— Я никогда этого не делал... — пробормотал он.

— Это ничего, — сказал Дженнес, сморщившись от острой боли в руке. — Просто потяни рычаг на себя.

Норб вытянул руку. Но не коснулся рычага.

— Я... Я не могу этого сделать.

С растущим ужасом он уставился на Дженнеса.

— Да можешь, — сказал Дженнес, продолжая растирать руку, чтобы она начала сгибаться. — Бери и тащи его на себя.

На лбу Норба вспыхнули бусинки пота. Он попытался выпрямить руку, чтобы коснуться рычага.

— Вокруг словно невидимая стена, — сказал Норб. — Я не могу даже коснуться его.

Он сделал еще одну попытку, затем опустился в кресло, полный гнева и разочарования.

Дженнес тронул его свободной рукой.

— Я тоже не могу этого сделать.

Он посмотрел на Норба, а Норб посмотрел на него.

— Ты знаешь, что я думаю? — спокойно спросил Дженнес.

Норб кивнул.

— Я думаю то же самое.

Он предпринял еще одну попытку схватиться за рычаг, но ничего не вышло.

Норб в замешательстве уставился в иллюминатор на отражение багрового солнца на снегу. Дженнес молча глядел на него.

— Но это же просто сумасшествие! — взревел он наконец. — Ты же не веришь во все эти истории про духа Земли?

— Вспомни, Дженнес, я ведь сентиментален.

— Сейчас не время для препирательств. Почему мы не можем дотронуться до рычага?

— Потому что они верят в духа Земли, — медленно сказал Норб. — Возможно, земляне загипнотизировали нас во время танца и оставили постгипнотическую команду не касаться рычага. И нет никакой физической причины, не позволяющей нам дотронуться до него.

— А мы не можем сами разгипнотизировать себя?

Дженнес подошел к Норбу у иллюминатора и тоже стал глядеть на снег.

— Я просто предполагаю, что они это сделали. Потому что, что бы там ни было, это сделали они. Да... Но кто знает, может... может, это и действительно сама Земля!

Дженнес уставился на него.

— Нет! — закричал он, бросился к пульту и попытался схватить рычаг, но из этого ничего не вышло. — Это должен быть гипноз, — сказал он. — Я могу протянуть руку, но когда уже почти касаюсь рычага, то отдергиваю ее. Я просто не могу заставить себя дотронуться до него.

— Может, — сказал Норб, — если ты протянешь руку, а я подойду сзади и случайно толкну тебя...

— Попробовать стоит, — кивнул Дженнес.

Он протянул руку как можно ближе к блестящему рычагу и замер. Норб как бы небрежно прошелся мимо него, посвистывая, и внезапно сильно толкнул его в спину.

Дженнес закричал и скрючил пальцы.

— Бесполезно. С таким же успехом вокруг рычага действительно могла вырасти стена.

Норб нахмурился.

— Глянь-ка в иллюминатор, — сказал он. — Вон туда, где дерево.