— Гас Загребис, откинулся три года как. В позапрошлом уже делал налет.

— Он — в мастях?

— Чего ты плетешь?

— В смысле: он авторитетный, как и ты?

— Был.

— И при этом грабил зону, а фактически — тебя, лишая бабла на освобождение. Слушай, Заберт. Такие люди — не одиночки. С ним кто-то работал или за ним стоял. Меня здесь как бы нет. А пойдет слух: Гаса положили на зоне Заберта! С тобой разберутся?

— Обломаются! — уголовник ощерился. — По всем понятиям я на своей деляне и защищаю свое. А вот твою жопу могу сдать.

— Тоже нехорошо и добавляет желания свалить из Тремихи.

— Тебя могут вычислить и помимо меня. Так что — да, время сдриснуть. Но ломаный чип денег стоит. Сколько у тебя есть?

— К концу месяца — пара тысяч.

— Чисто зарплата? Ну да, за волка получишь, когда купцы с Большой Земли рассчитаются за все шкуры. Тех бабосов хватит.

Макс не признался, что уже распорядился премией и заднего хода не включит.

— Понял тебя. Давай своего ломщика.

— Я решаю, когда закончить разговор! — взвился зэк.

— У тебя еще есть вопросы?

— У нас на зоне ты бы долго не протянул… — буркнул пахан и ушел.

Рассеянный занял место на табурете, нагретом авторитетной пятой точкой.

— Привет. Я — Макс и я — отлав.

Прозвучало смешно. Примерно: как «я — такой-то и я алкоголик», в сообществе алкашей. Зэк не бросился ему на шею с криком «я тоже отлав-алкоголик», наоборот, презрительно буркнул:

— Скажешь при наших «отлав», получишь в бубен. Нас так офицеры зоны зовут.

— А сами?

— Ансист. Или внесистемный человек. Мы — не незаконные. Просто живем по своим законам.

— Если выберусь отсюда, как к вам попасть? Получить чип?

— Хрен тебя кто примет. Но могу свести, если выберемся вместе.

— Но тебя же наверняка чипировали?

— Ну и что? — пожал плечами зэк. — Глобу обмануть — что младенца ограбить. Порой настолько просто, что пацаны зарываются, теряют осторожность и попадаются. Как я, например.

Он не раскрыл подробностей. Или ломанул чип прямо в своей голове, или… Макс не стал гадать.

— Заметано.

Потом нашел Заберта и рассказал, что ломщик нужен для компании.

— Ты вконец обнаглел! — возмутился Заберт. — Не рассчитаешься. Впрочем… Стреляешь хорошо. В следующий раз идешь с нами. Я сказал.

Офицер согласно кивнул, похоже, даже лишенный возможности возражать.

Неизвестно, что там имела в виду Тила, обещавшая прикинуть варианты как покинуть зону, здесь наклевывался вполне конкретный. Причем, если бы в первые дни пребывания в Тремихе Максу предложили слинять с полуострова при содействии криминального авторитета, на котором клейма ставить негде, он бы категорически отказался. Сейчас, благодаря доступу к сети, разобрался, что мир устроен неизмеримо сложнее. Он не черно-белый, как казалось на первый взгляд: соединенные с Глобой представляют собой законное и упорядоченное начало, а отлавы-ансисты — сплошь уголовники, бродяги, рванье и прочие асоциальные элементы. На самом деле теневая сторона жизни была интересна чрезвычайно многим. Даже крупные дельцы, столпы общества, проворачивали некоторые делишки в невидимом для Глобы пространстве. Эта темная сторона общества была по-своему структурирована и переплетена с официальной, причем информация о существовании андеграунда не являлась никаким секретом. На ней всего лишь не заостряли внимание. Энга, Тила, другие девушки и юноши при желании вполне могли выловить из сети достаточно сведений о «нижнем» мире, но не заморачивались этим, чтобы не усложнять привычную вселенную.