– Добрый день, леди, – произнес капитан с явным американским акцентом, как только увидел, что все заключенные поднялись на палубу, а люк закрылся. С широкой белозубой улыбкой, смягчающей яростный взгляд, он осмотрел толпу и добавил: – Мы пришли, чтобы освободить вас.

– Неужели воровство, мародерство и насилие теперь называются освобождением? – вырвалось у Сары.

Но она тут же пожалела о сказанном. Все, теперь ей конец. Ведь перед ней не благородный лорд и не отважный морской капитан, которому можно было бы безнаказанно читать мораль; нет, этому человеку неведомы принципы нравственности, угрызения совести, жалость и сострадание.

Теперь он обратил внимание на Сару. Учительница невольно затаила дыхание: язвительный взгляд не упустил ни дюйма унылого одеяния – начиная с кружевного чепца и заканчивая носками стоптанных кожаных ботинок. И вдруг, ко всеобщему удивлению, пират невесело рассмеялся:

– Воровство, мародерство и насилие, говорите? Кто же вы такая, бесстрашная малышка, и как смеете разговаривать со мной подобным тоном?

– Я Сара Уиллис, сэр. Учительница, защитница этих несчастных женщин.

Внезапно налетевший ветер поднял черные, словно вороново крыло, волосы и обнажил небольшое золотое кольцо в ухе. Капитан небрежно прислонился спиной к поручню.

– Понимаю. И ваша обязанность защищать своих подопечных от «воровства, мародерства и насилия», не так ли?

Стоявшие вокруг пираты громко рассмеялись. Сара покраснела.

– Вам хорошо известно, что этого я сделать не смогу – у меня нет ни оружия, ни силы, чтобы применить его. Может быть, именно поэтому ситуация не кажется мне такой же веселой, как вам и вашим кровожадным друзьям.

Выражение его загадочно красивого лица мгновенно изменилось.

– Тогда, возможно, вам будет интересно услышать, что и я сам, и мои товарищи явились на «Добродетель» вовсе не для этого. Воровство в данном случае бесполезно, так как на корабле вряд ли найдется хоть унция золота или драгоценностей. А мародерство я вообще считаю низким, пустым и бесполезным занятием. Думаю, вы не станете спорить.

– Остается насилие, не так ли? Корабль полон женщин... и пиратов...

– Насилие не входит в наши традиции, – почти прорычал капитан и сделал шаг вперед. – Мы хотим предложить вашим... ученицам нечто совсем иное.

– Предложить?

Подойдя к учительнице, капитан уже спокойно сложил руки на груди.

– Да, именно предложить. Мы явились, чтобы предложить свободу. Избавление.

В эту минуту пират стоял так близко, что Сара отчетливо видела цвет его глаз – зелено голубые, они словно отражали волны тропического моря. Для жестокого, кровожадного пирата глаза не самые подходящие.

– Насколько я понимаю, в обмен на свое предложение вы ничего не потребуете? – холодно спросила Сара.

Уголки губ капитана тронула едва заметная улыбка.

– Этого я не говорил.

Сара вспыхнула.

– Разумеется, не говорили. Пираты вообще не славятся альтруизмом, не так ли? Чего вы хотите? Несколько ночей наслаждения, прежде чем высадите этих несчастных на африканский берег и бросите на произвол судьбы? Хотите использовать узниц как шлюх, но вместо денег обещаете ненадежную, сомнительную свободу?

– Нет. – Капитан сделал еще шаг вперед и теперь уже нависал над хрупкой мисс Уиллис, словно грозящая камнепадом гора. – Нет. Нам нужны не шлюхи, леди. Нам нужны жены.

Сара опешила.

– Но вы... вы же пираты! Зачем вам жены?

– А это уже не ваша забота, мисс Уиллис.