– Да. Я этой чести никогда не искал, но горжусь тем, что она мне оказана.

– Большая ответственность – быть членом совета, позвольте мне вас предупредить. Я потратил на это массу времени. Между прочим, Престимион просил меня остаться. А как насчет вас, Гонивол?

– Я мечтаю об отставке, – ответил Великий адмирал. – Я уже немолод. Вернусь в Бомбифэйл и буду наслаждаться комфортом и спокойной жизнью в своем поместье.

Сирифорн едва заметно улыбнулся.

– Вот как? Вы хотите сказать, что Престимион не включил вас в новый совет? Признаюсь, нам будет вас не хватать, Гонивол. Но конечно, ужасно скучно быть Великим адмиралом. Едва ли можно осуждать вас за стремление сложить с себя свои полномочия. Скажите, Гонивол, за все время пребывания на этом посту вы хотя бы раз ступили на палубу корабля? Нет, конечно, нет. Очень это рискованно – отправиться в море. Во время плавания можно утонуть.

Все давно уже привыкли к саркастическим словесным дуэлям между этими двумя лордами.

Гонивол побагровел от гнева.

– Сирифорн… – угрожающим тоном начал он.

– Прошу прощения, джентльмены, – непринужденно вмешался Навигорн в их перепалку, которая грозила выйти из‑под контроля.

Гонивол с ворчанием отступил. Сирифорн с удовлетворением хихикнул.

– Я еще не вступил официально в свою должность, – сказал Навигорн, – но уже столкнулся с очень странной проблемой. Возможно, вы оба могли бы мне что‑либо посоветовать. Ведь вам известны все тонкости политики Замка.

– И что же это за проблема? – спросил Сирифорн без особого, впрочем, интереса. Он смотрел не на Навигорна, а на поле для состязаний.

Теперь на линии стрельбы стоял второй из сегодняшних участников, не принадлежащих к человеческой расе, – огромный волосатый скандар, одетый в мягкий шерстяной камзол в черную, оранжевую и желтую полоску. Его лук, еще более широкий и мощный, чем у Престимиона, небрежно висел на одной из четырех громадных рук, словно игрушка. Герольд объявил его имя – Хент Секкитурн.

– Вы случайно не знаете, чьи цвета носи‑гатот лучник? – спросил Навигорн.

– Мне кажется, это цвета прокуратора Дантирии Самбайла, – ответил Сирифорн после недолгого размышления.

– Вот именно. А где сам прокуратор, как вы думаете?

– Ну… ну… – Сирифорн огляделся кругом. – Знаете, я его что‑то не вижу. Он должен сидеть здесь, рядом с нами. Вы не знаете, где он, Гонивол?

– Я его всю неделю не встречал, – ответил Великий адмирал. – Кстати, я даже вспомнить не могу, когда видел его в последний раз. А ведь его нельзя назвать человеком неприметным. Неужели он проигнорировал коронацию и остался дома, в Ни‑мойе?

– Невозможно, – возразил Сирифорн. – В первый раз за многие десятилетия новый корональ восходит на трон, а самый могущественный правитель Зимроэля не удосуживается явиться в Замок? Это абсурд. Во‑первых, Дантирия Самбайл всегда присутствует там, где распределяют должности и привилегии. И я совершенно уверен, что он был здесь, когда умирал старый Пранкипин. Он бы обязательно остался на коронацию. Кроме того, подобное пренебрежение со стороны прокуратора Престимион воспринял бы как смертельное оскорбление.

– Дантирия Самбайл в Замке, это точно, – сказал Навигорн. – Именно эту проблему я и хотел с вами обсудить. Вы его не видели на празднествах потому, что он заключен в туннели Сангамора. И теперь Престимион поручил его моим заботам. Кажется, я становлюсь его тюремщиком. Это мое первое официальное поручение в качестве члена совета.