Неожиданно манекен оживает и, источая чернильный свет, словно бездонная пропасть оплетает руки и ноги офицера, который, понятное дело, начинает вовсю вопить.

Только бы не стать пищей неизвестного монстра.

На его лице уже исчезает весь задор и демонстративный вызов. Теперь там заставляет лишь страх и паника.

— Подождите! Я поспешил! Я не это имел в виду! Пожалуйста! Не надо! — только осознав, в какой заднице он оказался, игрок пытается призвать к жалости.

Но никто ему не отвечает.

Фалангисты с мрачным удовлетворением наблюдают за тем, как того медленно, но верно пожирает манекен, а пленники же с глазами-блюдцами взирают на эпизод из какого-то хоррора перед собой.

И вот, этот момент настаёт. Игрок исчезает с болезненным вздохом, а Черти-что возвращает себе форму простого и невзрачного манекена.

— Ну, что, уважаемые? — поворачиваюсь к собравшимся, — Кто будет следующим?

— Пожалуйста, Лорд Шурик, убери эту безумную, — единственный выживший вожак тычет пальцем в Омари, — я всё тебе расскажу, только сохрани мою душу.

Глава 5

Дальнейший допрос проходит куда как результативнее.

Всё же теперь у собравшихся имеется немалая мотивация в том, чтобы показать, насколько они полезны.

Я внимательно слушаю, задавая наводящие вопросы. Чувствую себя при этом не допрашивающим, а модератором на каком-то коллективном интервью.

Доходит даже до того, что пленники начинают друг друга перекрикивать, только бы не стать новым перекусом для Черти-что.

Некоторые же спорные моменты легко решаются, стоит только дать манекену выпустить свою ужасающую ауру и напомнить про очередной «приём пищи».

Потому достаточно быстро я узнаю всё, что меня интересует. И даже, пожалуй, чуть больше. По крайней мере, многое мне становится понятнее.

Трудно сказать, что появилось раньше: курица или яйцо. Также неизвестно, что случилось вначале: Вавилон объявил себя городом, свободным от рабства и принялся скупать невольников для своей «кредитной пирамиды».

Или какая-то удачливая банда натолкнулась на город в степи и предложила местным владыкам прикупить их добычу.

В любом случае симбиоз получился удачным и сотрудничество зацвело пышным цветом.

За пленников в Вавилоне платили щедро, и ряды авантюристов быстро пополнялись. Примерно так же с появлением испанских золотых галеонов в Карибский бассейн потянулось всякое отребье со всей Европы.

Спрос рождает предложение. И в какой-то момент эта «служба доставки рабов» обратилась в десятки полноводных ручейков, которые потекли в Вавилон.

А для тамошних чистоплюев это оказалось прекрасным способом пополнять состав города, загребая жар чужими руками. Ведь к ним поступали уже пленники, которым преодолеть кишащую ловцами степь было невозможно.

Число работорговцев тоже множилось, и у них стали появляться зачатки собственной организации.

Своего рода «пиратская республика». Город под названием Тьма. Поселение истинной свободы. Рай нового мира. Воссозданная с нуля Тортуга. Сборище работорговцев, которое создали для себя приют и тихую гавань.

Никто из моих нынешних пленников так и не смог мне сказать, был ли это родной кластер первых охотников за людьми, или они просто захватили его во время своих рейдов.

А, может, кто-то оборотистый, поняв, откуда дует ветер, предложил разрозненным бандам временное пристанище. Так или иначе, Тьма стала базой для работорговцев, со всеми вытекающими обстоятельствами.

Оттуда отряды на буйволах разбредаются по степи, обходя границы открытых кластеров и надеясь, что где-то упадёт невидимая преграда, либо ожидая встретить группу несчастных, которые сами наткнулись на «рекламный плакат» Вавилона и побрели туда в поисках лучшей жизни.