— Но мне казалось, что…

— Так всем кажется. И я не возражаю. Это мое личное дело, и оно никого не касается. Но уверяю вас, подобные вещи не остановят Хена. Правда, я плохо знаю его. Он меня недолюбливает, и мы почти не разговариваем. Но его, как никого другого, никогда не волновало мнение окружающих. Даже с мнением такого солидного и авторитетного человека, как Джордж, он не привык считаться. И если он решит жениться на вас, только смерть остановит его.

Трудно поверить, что Хен совершенно игнорировал мнение окружающих, тем более мнение братьев. Но в душе Лорел мелькнул лучик надежды. Она спрятала письмо в карман и тяжело вздохнула: больше писать было некому.

— Так говорите, люди смотрят на вас свысока? — спросила Айрис. — В таком случае, мы устроим настоящий парад, и все вместе пройдем по городу, не обращая внимания на косые взгляды. Хотя слишком большая честь для сплетников. Зачем унижаться? Моя мать была ужасной женщиной, но в искусство водить людей за нос ей не было равных. Она без зазрения совести убеждала людей в том, что белое — это черное, и наоборот.

Лорел недоверчиво покачала головой.

— Боюсь, мне это не подойдет.

— Ну что же, — заявила Айрис, подхватив растерявшуюся женщину под руку. — В таком случае, вам следует присматривать за мной, чтобы я не наделала глупостей. Ведь я достойная наследница своей матери. А теперь давайте отправимся в магазин и купим мне платье. А то Монти заметил, что я в этом наряде похожа на бродяжку.

Итак, Лорел отправилась покупать для Айрис платье, о котором сама мечтать не могла. Оглядываясь по сторонам, она вынуждена была признать, что ее спутница права: встречные вежливо кивали и охотно останавливались, чтобы поговорить. Но она не хотела обманывать себя, понимая, что причиной столь почтительного отношения является уважение и преклонение перед богатыми, могущественными и загадочными красавцами — Рандольфами.

Но она мгновенно воспрянула духом, вспомнив о собственных достоинствах. Пусть жители Сикомор Флат восхищаются семьей Рандольфов, сколько хотят! Но непременно наступит день (не может не наступить!), когда они, наконец, поймут, что Лорел Симпсон-Блакторн заслуживает уважения. И тогда они раскаются в плохом обращении с ней.

Она с гордостью подняла голову.

— Что бы вы ни решили, можете смело рассчитывать на меня. Я всегда буду на вашей стороне, — прошептала Айрис на ухо спутнице. — Хен не представляет, как ему повезло.

Лорел молча смотрела на обломки своего дома. К своему изумлению, она сожалела о потере этого убогого, но милого сердцу жилища. Она жила здесь крайне бедно, еле сводя концы с концами, но — спокойно.

Сейчас же дом превратился в руины, а жизнь — в кавардак. Она не могла знать, что думал и хотел Хен. Да он и сам, наверно, не знал.

Она с тоской окинула взглядом двор. Выглядывающие из-под обломков искореженные тазы и ведра уже покрылись пылью. Все вокруг напоминало о далеком прошлом, о времени, когда Хен впервые появился в каньоне. С того самого дня жизнь превратилась в хаос. Все вышло из-под контроля и стало непонятным, даже отношения с Адамом.

Канал, построенный Хеном, был полностью разрушен.

С тяжелым сердцем она отвернулась от руин и направилась к лугу.

Думать о совместном их с Хеном будущем нельзя! Но образ молодого человека неизбежно присутствовал во всех мечтах.

Даже признавая невозможность брака с ним, она обдумывала последствия расставания с Хеном. Никакой другой мужчина не будет так заботлив и внимателен к ней, и никто не сможет стать таким хорошим отцом Адаму. Но достаточно! Она больше никогда не выйдет замуж! И всю жизнь будет любить только Хена Рандольфа!

«О каком замужестве идет речь? — нашептывал внутренний голос.