– Да.

– Не сомневайся, – сказала она, хотя нигде в Учении не содержалось требования повторять это в четвертый раз. – Потому что если ты потеряешь путеводную нить или не сможешь удержать равновесия, у меня не хватит сил сохранить жизнь нам обоим.

– Я понимаю, – сказал он. – Мне надо не рассыпаться на куски и оставить открытой дорогу домой. Что бы ни случилось.

– Что бы ни случилось, – подтвердила она. – Даже если что-то пойдет не так. Если окажется, что я ошиблась или ты не заметишь меня рядом, возвращайся в свое тело! – Она прочла его готовность возражать и повторила свой приказ уже мягче: – Возвращайся в свое тело, даже если тебе покажется, что меня рядом нет. Не забывай: мое тело рядом. Если я смогу, то вернусь к нему.

– А если не сможешь… – Шан закрыл глаза, и Присцилла сделала паузу, слушая гул его мыслей, наблюдая за взаимодействием желаний и долга. Наконец он со вздохом открыл глаза. – Ладно, Присцилла. Да найдет Богиня в своем сердце достаточно снисходительности, чтобы меня простить.

– Она прощает всех, милый. – Она прикоснулась к его ярким волосам. – Скажи, как только будешь готов.

Шан снова закрыл глаза, и Присцилла стала наблюдать, как он убирает свои щиты и стены, отключает сигналы тревоги. Он действовал очень умело и быстро погрузился в транс. Как только он перешел на второй уровень, его аура стала плотнее, потом уплотнилась еще раз, усиливаясь и переливаясь запасами воли. Он добрался до высшего уровня. Пульс стал медленнее, дыхание – глубоким, размеренным и спокойным. Его аура была такой густой, что казалось, будто она накладывается на его физическое тело, частично его пряча.

Присцилла подождала еще немного, проверяя ауру и тело. Только уверившись в том, что все стабильно, что транс и защита души прочны и надежны, она легла рядом с Шаном и начала свои приготовления.

Запретный мир И-2796-893-44

Тиль Фон сиг-Алда стоял в шумном вонючем зале, наблюдая за своей добычей на сцене. Конечно, он видел рисунок в примитивной газете, однако вид лиадийского джентльмена с таким обезображенным лицом оказался столь же неприятным, как и присутствие такого количества немытых местных жителей.

Существовала небольшая вероятность, что йос-Фелиум заметил его со сцены, и несколько меньшая вероятность, что его заметила телохранительница-землянка. Контур сообщил, что нельзя точно предсказать, каковы будут реакции и бдительность существа, регулярно употребляющего летакронаксион. Если йос-Фелиум его видел, то задание можно будет быстро завершить. Однако похоже было, что придется дождаться окончания непредвиденного выступления.

Трудно было понять, в чем конкретно заключается проблема. Сучка землянка была близка к бреду (вполне предсказуемая реакция прислужницы-наркоманки), а поза местного парня на сцене говорила о раздражении.

Йос-Фелиум молча стоял рядом со своей телохранительницей. Он попытался что-то сказать местной женщине, но та оборвала его резким взмахом руки и вышла к краю сцены.

Встав у крупного микрофона, она заговорила на негибком и маловнятном языке, который сиг-Алда усвоил за один гипноурок. Видимо, она старалась говорить официально, чтобы неприятная информация была принята спокойнее.

– Фру и замуры, родственники и друзья, наши судьи попросили вас последовать их примеру и не учитывать этого выступления трио «Снежный ветер». Чтобы избежать дисквалификации, группа должна будет исполнить оговоренное правилами количество номеров после завершения полуфинальных выступлений гитаристов, поскольку они превысили как время, так и количество…

Вокруг него толпа разочарованно и недовольно взвыла.