Хакан сбросил скорость, переключил передачу на выезде из ложбины и снова прибавил скорость, качая головой:

– Не беспокойся. Я же сказал, что отвезу тебя домой, так? И я тебе помогу. Ты говоришь, что там неприятности, и я тебе верю. У тебя на эти вещи нюх. – Он с улыбкой посмотрел на своего спутника. – Мне еще не приходилось играть с кем-то, кто бы так быстро все схватывал. Не только ноты, но все настроение вещи. По-моему, ты и живешь так. Так что мне кажется, ты знаешь, что случилось.

Вал Кон нахмурился.

– Я же только что сказал, что не знаю, – тихо напомнил он Хакану, но тот отмахнулся от его возражений.

– Послушай, если Мири что-то себе повредила, так я прошел медподготовку, когда был в ополчении. И я состоял в добровольной пожарной бригаде, пока эта занудная политика меня оттуда не выжала. Я смогу помочь, что бы ни случилось.

– А ты будешь выполнять мои приказы? – спросил Вал Кон. – Будешь делать, что я скажу, без разговоров, если опасность окажется большой?

– Ты будешь боссом, – пообещал Хакан. Вал Кон с трудом проглотил изумленный вскрик. Его спутник покосился на него. – Ты бы помог мне, правда? Если бы это была Кем?

– Да…

– Ну вот видишь, – сказал Хакан.

Вал Кон опустил стекло и подставил лицо под струю ветра, а потом мысленно потянулся к тайному уголку своего создания. Жива-и-здорова.

Впереди возник крытый мост, а потом они стремительно проехали через него. Доски скрипели, машина дребезжала – такую скорость фру Трелу сочла бы полной дурью.

– Ты был в ополчении, – негромко спросил Вал Кон. – Ты был на войне?

– Нет. В этих местах войны не было давно, очень давно. Но я помогал устранять последствия того взрыва на пиротехнической фабрике в Карнади. Люди говорили, что это было очень похоже на войну.

Вал Кон поерзал на сиденье. По мере приближения к ферме его тревога все усиливалась. Его ум требовал от него действий: оружие, сражение, даже убийство. Он сделал глубокий вдох, заставил себя успокоиться и проанализировал свою экипировку. Клинок Точильщика удобно устроился у него в рукаве. Он нагнулся и вытащил из-за голенища метательный нож.

Если Хакан и заметил этот нож, то ничего не сказал.

– У тебя есть хоть какое-нибудь оружие, Хакан?

– Ты это серьезно, да? Угу. У меня сзади есть половинник – где-то под всем барахлом.

Вал Кон перегнулся назад и стал рыться в нотах и гитарных футлярах.

Оказалось, что «половинник» – это ствол большого калибра, поверх которого установлен второй, с меньшим калибром.

– Это, конечно, штука слабая. – Голос Хакана звучал непривычно серьезно. – У меня есть несколько зарядов дроби и должно быть немало…

– Разрывных? – вопросил Вал Кон, разглядывая заряд, предназначенный для большего ствола.

Хакан подавился смешком.

– Нет, это дробь – чтобы бить птиц и грызунов с малого расстояния. У ружья дальность побольше, но вообще-то оно просто для мишеней. Хотя, наверное, ранить кого-нибудь можно…

Вал Кон прикинул вес оружия, разобрался в механизме зарядки и стрельбы.

– Отдача?

– Ну, дробь…

«Глупая штука», – решил Вал Кон.

– Оставь себе, – сказал он Хакану.

До них донесся звук – нечто необычное наложилось на шум мотора и свист ветра.

– Тормози, – пробормотал Вал Кон, но Хакан уже и сам это сделал.

Звук раздался снова.

– Ружья! – бросил Хакан, снова надавив на акселератор.