— И что консул, выдал военную тайну? — спросил полковник.

Генерал усмехнулся.

— Нет, конечно, родину предать мы ему не предлагали, он бы просто застрелился. Выполнил пару наших скромных просьб, и все. Устроил кое-кого на работу в консульство. Да уже и не помню в точности, тридцать лет прошло с тех пор. В общем, уехал консул с разбитым сердцем. Дальнейшая его судьба мне неизвестна. По-моему, остался работать в МИДе Франции. А самое интересное, что он действительно, скорее всего, не был шпионом. Во всяком случае, нам это доподлинно выяснить не удалось. Что называется, в пьянке замечен не был…

— А что она? — поинтересовался Никита.

— А что она? Вита вскоре ушла в отставку. Сказала, что больше не может этим заниматься. А жаль. Была незаменимым агентом. Хотя тогда вся система трещала по швам. Отдел особых операций в 1992-м расформировали. Соблазнять типа было уже некого. Идиоты!

— Эх, нам бы такую сотрудницу, — вздохнул Никита.

— Вот-вот. Я как раз и собираюсь подумать на эту тему.

Спустя два часа генерал Болотников вошел в зал частной картинной галереи и огляделся. В дальнем углу женщина-экскурсовод рассказывала что-то на французском языке нескольким посетителям. Болотникова было практически не узнать — в стильном пиджаке, в дорогих брюках, в разноцветном галстуке и в мягких кожаных итальянских туфлях он смотрелся как пожилой олигарх. Генерал не спеша прошелся по залу, рассматривая картины. Одна картина с голой девушкой, прикрывающейся веером, показалась ему смутно знакомой, он остановился на несколько секунд, прищурился, внимательнее рассматривая картину, потом покачал головой и пошел дальше. Он обратил внимание, что среди авторов картин были только французы. «Ну да, над дверью ведь было написано — французский зал», — вспомнил Болотников. Наконец он увидел, что посетители отошли от женщины. Болотников не спеша подошел к ней и остановился рядом.

— Говорят, вы не понаслышке знаете, кто такой Тулуз-Лотрек, — сказал генерал внезапно охрипшим голосом и кашлянул.

Женщина повернулась к нему; она была сильно удивлена.

— Простите, что вы сказали? Коля? Господи, сколько лет!

— Привет, Дольче Вита.

— Я же просила меня так не называть!

— Ты ничуть не изменилась. Как была холодной красавицей, такой и осталась.

— Ты по делу или на прогулке? Неужели вышел в отставку? Судя по прикиду, пенсия у тебя неплохая.

Вита оглядела его с ног до головы.

— Да куда там, покой нам только снится, — ответил Болотников.

— Значит, по делу. И тридцати лет не прошло.

— Это да. Давненько не виделись.

— Коля, что ты хочешь?

— Предлагаю пойти поужинать. Ты же не откажешь боевому товарищу?

Вита пожала плечами.

— Хорошо. Ужин так ужин. А там посмотрим, может, и не откажу.

— Чувство юмора тоже никуда не ушло. — Болотников опять усмехнулся.

Спустя сорок две минуты Болотников и Вита вошли в полупустой зал ресторана «Метрополь». Они сели за столик и, поизучав несколько минут меню, сделали заказ. Пока официант не принес заказанное, генерал успел рассказать Вите, для чего он ее посмел побеспокоить спустя столько лет.

Через тринадцать минут перед Болотниковым стояла бутылка минералки и тарелка с котлетой по-киевски и жареной картошкой. Перед Витой официант поставил креманку с ванильным и клубничным мороженым и налил в бокал дорогое французское шампанское «Вдова Клико».