— Потрясающе.

— Лично я не вижу ничего потрясающего. Еще подростком Молинари стал самым умным и изощренным преступником из всех, с кем мне только доводилось иметь дело. Он быстро сообразил, что оставаться и дальше с Драконами смысла не имеет, ведь он обчистил их на огромную сумму, и рано или поздно они могли узнать об этом. А потому у него хватило ума исчезнуть, просто раствориться в воздухе, как какая-нибудь карта из колоды во время фокуса.

Глава 43

У Фрэнка Санторо был друг, работавший в отделе по борьбе с организованной преступностью, к тому же этот человек был многим ему обязан. И вот Санторо узнал от друга, что Николая Орланского всегда сопровождают несколько телохранителей, что ездит он в бронированном автомобиле с пуленепробиваемыми стеклами. Из дома в офис Орланский никогда не ездил по одному и тому же маршруту, никогда не посещал подвластные ему заведения по строгому графику. Однако все же была у этого короля преступного мира одна слабость — женщины.

Николай часто менял любовниц. Для него это не было проблемой, поскольку одним из направлений его бизнеса являлась проституция, и в бордели, находившиеся под неусыпным его контролем, постоянно шел приток свежих молодых тел из Восточной Европы. Орланский редко поддерживал длительные отношения с одной и той же женщиной, зато использовал для свиданий один и тот же пентхаус, роскошные апартаменты в высотном многоквартирном здании в Вашингтоне, округ Колумбия. Друг также сообщил Санторо, что Орланский отличался неуемным сексуальным аппетитом, и редко когда мог обходиться без женщины на протяжении нескольких дней. Согласно последним донесениям информатора, жена Орланского уехала за покупками на Манхеттен, а глава мафии давно не навещал свою новую любовницу.

Водитель Николая Орланского припарковал автомобиль в подземном гараже пентхауса, на специально зарезервированном для него месте возле лифта. Во второй машине ехали его телохранители, перед тем, как босс вышел из автомобиля, они убедились, что все чисто.

Санторо наблюдал за этим ритуалом с переднего сиденья своей машины. И как только Орланский вышел, распахнул дверцу и направился к нему, держа в высоко поднятой руке полицейский жетон.

— Полиция округа Ли, — громко сказал он.

Телохранители бросились к нему, достали пушки, прицелились.

— Мистер Орланский, — сказал Санторо, — я не вооружен, никаких записывающих устройств и рации при мне нет. Просто хочу поговорить с вами. Буду премного благодарен, если вы уделите мне пять минут. Обещаю больше не беспокоить.

Орланский оценил ситуацию, затем велел своим людям опустить стволы.

— Обыскать, — бросил он худощавому мужчине с тонкими усиками и водянистыми глазами.

Санторо просмотрел несколько файлов по банде Орланского и узнал по снимку, сделанному во время ареста, Петра Перковича. Он был безжалостным убийцей, правой рукой Орланского.

— Чист, — сказал Перкович после тщательного обыска похлопыванием.

— Садитесь в машину, — сказал Орланский и скользнул на заднее сиденье. Санторо уселся рядом с ним. Перкович захлопнул за ним дверцу, встал рядом и начал наблюдать за полицейским через стекло.

— Итак, детектив?..

— Просто Фрэнк. Разговор останется между нами. Никаких записей. Говорить буду я, от вас требуется только слушать. Хочу, чтобы вы выслушали меня очень и очень внимательно.

Орланский усмехнулся.

— Вы меня заинтриговали. Ладно, валяйте, выкладывайте. Что за важное дело привело вас ко мне в гараж?

— Григорий Карпинский.

Орланский недоуменно нахмурился, и у Фрэнка создалось впечатление, что он искренне удивлен.

— Григорий работает вышибалой в одном из моих клубов, — сказал гангстер.