Ратмир придумал. Когда плот достигнет противоположного здания, обратно он будет возвращаться быстрее – и не потому, что пуст, без пассажиров, а потому что Андрис будет тянуть его по верёвке тросу, прикреплённому в конце пути. А Ратмир с оставшимися пассажирами – помогать в этом. А вот заново к дому соседу придётся плыть медленно. Трос придётся отвязать, чтобы не указать недругам на путь беглецов.

Оказавшись на плоту, который не спеша двигался по необычной реке, Кира улыбалась, чтобы не показать, как трясёт её от страха. Судёнышко слишком уж ненадёжное. Но всё обошлось, а на том «берегу» их встретили и помогли перебраться на подоконник выбранной квартиры. Здесь же немного посовещались, стоит ли отпускать плот на волю волн, или нужно его спрятать куда нибудь. Пришли к выводу, что легче разрубить верёвки, связывающие его части, и втянуть эти части в квартиру. А потом уж подумать, наступит ли время его нового использования. На том и порешили. Снова застучали топоры…

К вечеру, когда блеск солнца на мелких волнах стал оранжевым, а на город постепенно опускалась чёрная тень от горной гряды, нашли более или менее приемлемую квартиру для проживания до появления помощи. Свет решили не зажигать.

Глава 8

Окнами вынужденно занятая квартира выходила на следующую улицу. Если говорить напрямую, здесь была не просто квартира, а настоящие апартаменты. Причём у них была одна особенность, какой не было в строении покинутого ими здания: мало того что апартаменты, так нашлись и внутренние помещения – закрытые спальни, без окон. И что самое ценное в них, так это следующее: находившихся в этих помещениях с улицы не видно, что очень даже неплохо, если учесть ещё и напрочь выбитые стёкла в окнах.

До сна успели очистить квартиру от разбитого стекла, от мусора, нанесённого наводнением, дохлых рыб и парочки ещё живых блотфишей – ладно хоть не генномодифицированных. Повезло и с тем, что в апартаментах нашёлся всего один труп – пожилого мужчины. Его тело торопливо, пока не заметили дети, спрятали в чёрный мешок и вынесли в кладовую при ванной комнате в одной из комнат. Затем замаскировали своё присутствие, добавив к сорванным с окон шторам разбитые предметы мебели и найденные в других комнатах шторы. Теперь и в светлое время можно ходить возле окон без боязни быть увиденными.

До темноты Нелла велела приготовить сухие завтраки из герметично закрытых пакетов, всего лишь залив их соками из бутылок. Кира терпеть такого не могла, всегда удивляясь, когда эти завтраки начинали рекламировать: как такое можно вообще есть?! Но сейчас, на голодный желудок, и невкусное пошло с благодарностью от обрадованного организма.

И, едва успели съесть свои порции, как из одной комнаты, до которой остальные не добрались ещё, вышел Ултан и сообщил:

– Вы удивитесь, но здесь есть настоящий камин!

Ему просто не поверили. Декоративный – да, в присутствие такого в богатой квартире поверить легко. Но настоящий?

Оборотень ухмыльнулся и посветил себе фонариком на ладонь, показывая её остальным. И приглядываться не надо было, чтобы увидеть чёрные полосы на ней.

– И что это? – не выдержала Кира.

– Я тоже думал – декоративный. Но там была решётка. Провёл ладонью – сажа.

– Покажи, где он, – решительно велел Ратмир.

И мужчины – все, кроме Кателя, – ушли за Ултаном.

Сидевшая привычно величественно, Нелла вдруг сгорбилась и покачала головой.

– Чудо… Завтра у нас будет горячий чай.

Лайл как то сжалась, будто боясь сказать хоть слово.

А Кира сначала удивилась: вроде Нелла и рада, но почему вся её поза кричит чуть ли не об отчаянии? Дошло: женщине эльфу довелось в одно мгновение лишиться уютного дома – и оказаться в статусе бродяжки, лишённой комфорта.