– Ошибаешься, я никогда не говорил подобного, – Джеймс покраснел.

– Возможно, она что-то не так поняла, а ты не утруждаешь себя объяснениями, – заметил Ротвелл.

– Но, Лидия, я все-таки не понимаю, зачем она заказала еще один портрет. Ведь у нее есть один, сделанный при жизни отца.

Лидия усмехнулась и переглянулась с Ротвеллом.

– В том-то все и дело, дорогой братец. Тот портрет сделан давно и вышел из моды.

– Но там на ней маскарадный костюм! Подобные вещи не выходят из моды.

– О, Джеймс, не будь таким простофилей! Мама не заказывала новый портрет, только попросила переписать прическу.

Джеймс изумленно уставился на сестру.

– Ты шутишь?!

– Нет, конечно. Пойди и посмотри. Господин Сейерс как раз в гостиной, а мама поднялась наверх, чтобы переодеться к ужину.

– Что должна сделать и мисс Мак-Друмин, – вставил Ротвелл. – Лидия, уведи ее отсюда. Думаю, лучше всего отвести ей спальню с видом на парк, рядом с твоей комнатой. Проследи, чтобы мисс Мак-Друмин ни в чем не нуждалась, и скажи своей матери, что прежде всего мы должны подумать о нашей гостье, хотя и сочувствуем ее усталости.

– Я, конечно, передам это, – в голосе Лидии звучало сомнение, – но не думаю, что она будет довольна.

– Ее гнев, как всегда, обрушится на мою голову, – Ротвелл усмехнулся. – Так что можешь не волноваться. Да, да, Джеймс, – добавил он, увидев, что брат направился к двери. – Посмотри на этот дурацкий портрет. Возможно, после этого ты вернешься сюда и сыграешь со мной в шахматы? У меня давно не было достойного противника.

Джеймс довольно хмыкнул.

– Хорошо, сыграем, но я действительно хочу взглянуть на портрет. Знаешь, Сейерс – неплохой человек и, надеюсь, хороший художник.

Лидия тронула Мэгги за рукав:

– Мы должны спешить. Думаю, вы захотите принять ванну?

– Конечно, – твердо заявил Ротвелл.

Мэгги вспыхнула и, взглянув на него, встретила неожиданно теплый взгляд, совсем ее обезоруживший. Наверное, этот человек навсегда останется для нее загадкой. Похоже, он из тех, кто сразу привлекает к себе внимание, но никого не впускает себе в душу, За сравнительно короткое время, пока они находились в библиотеке, она трижды поменяла свое мнение о графе и подозревала, что это не окончательный вариант. Но, тем не менее, от него веяло уверенностью и спокойствием, и это согревало душу, а сейчас, следуя за Лидией, Мэгги чувствовала себя брошенной и беззащитной.

Оставшись один, Ротвелл задумчиво уставился в окно. Во что он ввязался? Не подлежит сомнению, его гостья – якобитка, и Лидия, со своими бредовыми идеями, будет, конечно же, рада обрести в лице мисс Мак-Друмин подругу. Наверное, уже сейчас пытается узнать всю подноготную юной шотландки. Конечно, со стороны мисс Мак-Друмин было неразумно заявлять о знакомстве с ним, тем более в таком месте, как суд, но, в конце концов, она действительно вправе требовать от него защиты. Бедняжка ненароком угодила прямо ему в когти. Ведь теперь ей не придется увидеться с леди Примроуз и другими сторонниками принца. Он этого не допустит. Мисс будет жить в его доме ровно столько, сколько в Лондоне пробудет принц Чарльз. Вряд ли она подозревает, что приезд принца с нетерпением ждут не только его сторонники, но и противники. Возможно, с ее порывистостью она невольно выдаст какие-то секреты.

Да, мисс ужасно бы разозлилась, узнай, что он собирается использовать ее в таких целях. Ротвеллу казалось, он знает девушку уже давно, хотя она пробыла здесь менее часа. Конечно, он ошибся, приняв ее за уличную девку.