Сильвия проехала чуть дальше номера 1411 и остановила машину. Выйдя из нее, она одернула голубой свитер и черные брюки, затем, зажав под мышкой сумочку, с воинственным видом направилась к дому. Она подошла к двери и уже приготовилась что есть силы в нее забарабанить, как вдруг вся ее решимость бесследно исчезла.

Сильвия инстинктивно отдернула руку. Зачем она все это затеяла? Кто бы ни была М. Моленски, дело, прежде всего, касается Боба и ее, Сильвии. И что бы там ни советовала мать, нужно было в первую очередь объясниться с Бобом. Вместо этого она два дня делала вид, что ничего не случилось. Нет, она сейчас же отправится в контору и все ему выложит!

Повинуясь нахлынувшему на нее чувству гнева и ненависти к Бобу, Сильвия повернулась и двинулась в сторону своей машины. В этот момент ей попался на глаза нагло поблескивающий серебристыми полированными боками двойник ее злосчастного «БМВ». Сильвия замерла на месте, дыхание у нее перехватило.

Злость закипела с новой силой. Она почувствовала, что если сейчас увидит Боба, то просто-напросто убьет его. Но перед тем, как двери тюрьмы штата Огайо навсегда закроются за ней, она должна, хотя бы из любопытства, взглянуть на ту женщину, на которую он ее променял!

Сильвия резко повернулась и пошла обратно. Подходя к двери во второй раз, она была готова разнести ее в щепки, разбив в кровь кулаки, но вместо этого всего лишь тихо постучала.

Открывать явно не торопились. Изнутри доносилось какое-то шарканье и бренчание. Сильвия снова негромко постучала.

– Кто там? – наконец услышала она.

– Дезинфекция, борьба с мышами, тараканами…… не моргнув глазом солгала Сильвия.

Да и не такая уж это была ложь: она совершенно искренне желала прихлопнуть обитавшее в этом доме ядовитое насекомое.

Дверь открылась. Относительная полутьма прихожей не позволяла как следует разглядеть появившуюся на пороге женщину.

– Я вас не вызывала, – сказала М. Моленски, если это была она. – Я вообще считаю, что жизнь это дар Божий, и не убиваю никакую живность. Вот, например, мой отчим умер и, может быть, теперь превратился в одного из этих жучков. Так и пусть себе живет.

Сильвия решительно отстранила хозяйку и шагнула в полумрак квартиры.

– По правде говоря, я миссис Шиффер и разыскиваю тут одну крысу. Думаю, мое имя вам о чем-то говорит?

Она определенно оказалась права, так как М. Моленски предусмотрительно юркнула за дверь.

– Так вы жена Бобби? – спросила она из своего укрытия. – Вот уж не думала, что вы занимаетесь дезинфекцией!

Сильвия с удивлением воззрилась на нее: она не могла понять, шутят с ней или издеваются.

– Это была просто уловка, повод, чтобы войти и поговорить. А уж лотом я, скорее всего, убью вас. И его заодно.

– Но я даже не знала, что он женат! – заныла девица. – Я ни в чем не виновата!

– Не надо оправдываться, – заметила Сильвия.

Подруга Боба продолжала оставаться в тени, и Сильвии удалось рассмотреть только плотно облегающий короткий халатик, белый в мелкую розочку, который оставлял ноги почти открытыми. То, что они стройные и красивые, Сильвия отметила сразу, и их совсем не портили большущие неуклюжие тапочки из махровой ткани. Но вот М. Моленски осторожно вышла из своего темного угла, подняла голову и открыто взглянула на Сильвию.

Некоторое время они стояли молча, впившись друг в друга глазами.

– Господи помилуй! – сдавленно ахнула Сильвия.

Она словно бы видела перед собой собственное лицо! Впрочем, если присмотреться, не в точности такое же.