|
Вокруг было многолюдно, и я взволнованно шарил взглядом по толпе, разыскивая Еву. Огромные бронзовые куранты, на Часовой башне начали отбивать девять, когда я почувствовал легкое прикосновение к руке. Я обернулся с остановившимся сердцем. Рядом со мной стояла девушка в белом вечернем платье, украшенном ниточкой бриллиантов, - темноволосая красавица, глаза которой поблескивали, как искорки костра. - Боже мой, Ева.., я не узнал вас. Я ошарашенно уставился на нее. Искусно уложенные волосы обрамляли бледное лицо и волнами ниспадали почти до самых плеч, завиваясь внутрь. - Гондола ждет, - сказала она, взяла меня за руку и увлекла сквозь толпу к причалу. Я последовал за ней вниз по ступенькам к гондоле с кабинкой. Гондольер, сняв шляпу, поклонился нам, и мы быстро проскользнули в кабинку. Занавеси были опущены, и внутри было темно. Мы вдруг очутились в собственном маленьком мирке, плавно покачивающемся под ногами. Пол был устлан пышными подушками. Ева прилегла, оперев подбородок о кулачок. Я опустился рядом с ней на колени. - Я ждал этого мгновения с тех самых пор, как увидел вас в воде, - произнес я. - Боялся, что никогда не дождусь. - Не надо ничего говорить, - сказала она с чуть заметной хрипотцой. - Пожалуйста. Я повиновался. Над водой прокатился бой бронзовых курантов на площади. Гондола мерно покачивалась на волнах, поднятых паромом, который отчалил от площади Святого Марка в направлении Лидо. - Половина десятого, - сказала Ева, приподнимая голову. - Нам пора возвращаться. Она отодвинула штору и крикнула по-итальянски гондольеру: - Поворачивайте обратно! - Зачем нам возвращаться? - спросил я. - У нас впереди вся ночь. - Ты можешь оставаться, а я должна вернуться. Я знаю ее лучше, чем ты. Проснувшись, она сразу спросит меня, и я должна быть поблизости. Она не проспит дольше часа. - Но я хотел поговорить с тобой. Мне столько хочется узнать о тебе... Она повернулась и посмотрела на меня. - Нам некогда разговаривать. Возможно, так будет всегда. Мы можем только украдкой встречаться и любить друг друга. Ты ведь не хочешь, чтобы она нас разоблачила, верно? Я подумал о семидесяти миллионах. - Не хочу. - Вот и я не хочу. Послушай, Чед, если ты не будешь делать по-моему, это больше никогда не повторится. Я не могу рисковать своим положением из-за любовного романа. Ты понимаешь меня? - Это куда больше, чем любовный роман. Я просто сгораю от любви. Она прикоснулась к моему лицу прохладными длинными пальцами. - Да, я тоже люблю тебя, но не могу рисковать. Предоставь мне самой найти возможность для нашей следующей встречи. Хорошо? - Но ведь сейчас я нашел такую возможность, - резко сказал я. - Как только у нее разболелась голова, я тут же подумал о тебе. Только поэтому мы и встретились. - Ты думаешь? - Она тихо рассмеялась. - А кто организовал ей головную боль, Чед? А не заболи у нее голова, ты бы ничего не сделал. |
