Том по-прежнему выглядел странно. Он медленно обошел Эшли, и она резко обернулась — ей было не по себе, что позади нее Том.

— Раньше ты не была так дружелюбна. — На его губах играла саркастичная усмешка. В груди Эшли заворочались сомнения: все ли с Томом в порядке? Он говорил с ней, но казалось, что он в другом месте — в своем мире, сосредоточенно думает над какой-то задачей.

Эшли действительно была влюблена в него. Казалось, что она сможет воздействовать на этого парня, поможет излечиться от его болезненного прошлого, но ничего не вышло. И тогда Эшли стало страшно — Том был сильнее ее, а значит, это он смог бы изменить ее. И он действительно изменил Эшли — она больше не была маленькой, испуганной девочкой. Том показал ей реальный мир — полный страха, и смерти.

Она думала, что их любовь преодолеет все, но в действительности любила лишь она — у Тома в груди всегда была пустота. Там, где должно быть сердце у него зияла огромная дыра.

Сейчас Эшли видела, как эта темнота поглощает его полностью, и хочет забрать ее с собой.

— Том, я ведь сказала, что мы с Иэном просто друзья.

— А он знает о том, что произошло с тобой летом?

Эшли сковал страх. Как он узнал?

— Я знаю тебя лучше, чем ты думаешь, — Том наклонился к ней, нежно проведя губами по ее волосам: — Кто-то прикасался к тебе так же как я? Уверен, нет. Ни любви, ни нежности…

По телу Эшли прокатилась волна страха и отвращения. Воспоминания, вызванные словами Тома, полностью захватили ее воображение. Она стояла, дрожа всем телом. Том не прикасался к ней, но его голос схватил сердце тонкими пальцами, сжимая и разжимая.

— Я же сказала, мы с Иэном только друзья, — выдавила девушка. Она дико жалела, что подошла к ним сейчас.

— Очень жаль. — Том выпрямился, осматривая ее жестким взглядом. — Потому что будь он твоим парнем, этого бы не случилось.

Эшли зажмурилась, и к вискам скатились слезы. Она шумно втянула воздух, и тяжело выдохнула.

— Так. Все хорошо. Все хорошо. Все хорошо. Он ничего нам не сделает. Все хорошо. Все хорошо. Все хорошо.

— Ничего хорошего, — отрезала я. — Это плохая идея — сказать тете Энн что ее дочь, возможно, похитил психопат Том.

— Энджел, — Кэри свернул к особняку Хардманов. — Плохая идея — скрывать это.

— Слушай! — взорвалась я. — По-твоему, ты знаешь мою тетю лучше меня? Я не хочу, чтобы она беспокоилась. Мы найдем Эшли!

— Мы были везде, — мягко напомнил Кэри Хейл. Меня злило, что он ведет себя так, словно я в любой миг могу сорваться; я была полностью спокойна, просто мы с Кэри Хейлом не могли найти общий язык. Я знаю тетю Энн. То, что она узнает, что ее дочь у бывшего парня, который уже напал на одну девушку — это не приведет ни к чему хорошему. Ее беспокойство никак не повлияет на ход событий, поэтому так как я говорю — лучше.

Кэри Хейл поставил машину на подъездной дорожке, освещенной фонарем, и посмотрел на меня:

— Если бы с тобой что-то случилось, ты бы хотела, чтобы твои родители знали об этом?

— Билл знает. Он знает, и он найдет Эшли. А тетя Энн никак не поможет делу, и я хочу, чтобы ты оставил эту тему в покое, ясно?

Он невозмутимо смотрел на меня, и тут его губы расплылись в улыбке:

— Мне нравится, когда ты командуешь.

Я закатила глаза, и вышла из машины. Он пошел следом за мной:

— Почему ты никак не реагируешь на то, что я говорю, а только закатываешь глаза?

— Потому что то, что ты говоришь это пустые слова.