Мысли Эшли блуждали по прошлому от одного воспоминания, к другому, всегда возвращаясь к амбару, и ночи, когда Том похитил ее, и Еву Норвуд. Она вспоминала губы Тома на ее губах, горячее дыхание на своей щеке, и это воспоминание выводило из себя. Если бы можно было бы стереть себе память, она бы сделала это не раздумывая.

— Вчера я разговаривала с Иэном.

Тут все мысли покинули голову девушки, и она посмотрела на кузину. Ее светлые волосы были как попало собраны в узел, а лицо выражало усталость, и беспокойство.

Она разговаривала с Иэном.

Воспоминания сдавили горло, комом слез, желающих выбраться наружу, но Эшли не собиралась плакать при этой выскочке.

Скай пыталась выведать у нее, о чем знает Иэн, но Эшли не поддалась. Она с усилием боролась над собой, чтобы не закричать, не разорваться тут же, перед кузиной, на сотни мелких кусочков боли.

Эшли думала про себя, о том, что она находится на необитаемом острове. Там нет Скай, нет Иэна, нет никого, кто мог бы потревожить ее, напомнить о прошлом. Она так жаждет забыть это, но такие как Скай не дают этого сделать. Лучше бы она не приходила. Лучше бы не говорила с ней.

— Ладно. Ладно, просто скажи мне, хорошо? И тогда я приведу Иэна.

— Я ЖЕ СКАЗАЛА, Я НЕ ХОЧУ, ЧТОБЫ ОН ПРИХОДИЛ! — закричала Эшли, напугав кузину.

— Ты знаешь… — Эшли немного успокоилась, когда Скай завела разговор о Кэри Хейле. Всегда, как бы плохо ей ни было, она всегда могла вернуться в свое прежнее состояние, благодаря Кэри. Он был кем-то вроде ее успокоительного. — Даже тогда, когда мы впервые встретились, я подумала, что он знает обо мне.

— Впервые встретились?

Эшли погрузилась в воспоминания.

Она вновь была там, в Париже, в Сквере Рене Вивиани. Луна светила так ярко, что можно было подумать, день наступил раньше времени. Эшли спешила домой, потому что завтра нужно было встретиться с важными людьми из ее прошлого. Ее шаги были единственными в этом месте — время близилось к утру.

Жара почти выбивала из колеи, девушка сильно вспотела.

Она могла думать лишь о завтрашней встрече, и ни о чем больше. Именно поэтому она не услышала, как кто-то идет за ней. А когда она свернула под мост, тогда она поняла, какую ошибку совершила. Она не должна была идти в это место. Ей нужно было винить кого-то. И это она была виновата. Ее фигура, облаченная в короткое, цветочное платье, облегает, и привлекает внимание незнакомцев.

И его внимание тоже она привлекла.

Поэтому он и пошел за ней.

Как хищник, как животное, идет за своей жертвой, и потом загоняет в угол.

Эшли закричала, когда он набросился на нее сзади, и повалил на асфальт. Ее лицо вспыхнуло болью, а уши заложил крик. Ее крик.

Крик боли, и унижения, крик отвращения к себе самой, и необходимости выбраться из-под туши дикого животного.

— ДОКТОР ГРЕЙСОН! — заорала я. — Доктор Грейсон!

Я вылетела из кабинета натолкнувшись на Кэри Хейла, ударяясь лицом в его грудь.

— Что случилось?! — его глаза были широко раскрыты. Он тоже слышал эти крики.

Я подавилась слезами.

— Я не знаю… она вдруг…

— Что ты сделала? — он стремительно приблизился к Эшли, которая кричала, что ей больно. Она моталась по постели, из стороны в сторону, размахивая руками.

— ПОМОГИТЕ! ПОМОГИТЕ! — с ее губ сорвался вопль. Я зажала рот обеими руками, врезаясь в стену.