Я запуталась.

— Что насчет отца? — спросила я.

— Я не помню своего отца… он — это персонаж, которого я выдумал, и к которому возвращался в тяжелые моменты в своей… жизни. — Мне стало стыдно, что я заставляю его говорить то, что он явно не хочет. Но в то же время, было приятно, что он не игнорирует меня. — Есть кое-кто, кто почти заменил мне отца. Я знаю его всю свою сознательную жизнь, но иногда он лезет не в свои дела.

— Он заботится о тебе? — спросила я, осторожно.

Я постепенно становлюсь частью Кэри Хейла. Я становлюсь человеком, с которым он разделяет свое прошлое.

— Да, — задумчиво пробормотал парень. — Это можно назвать и так. Но его забота, порою… обременительна и неуместна.

Я рассмеялась:

— Расскажи мне о нем, — попросила я. Было ясно, что несмотря на неохоту говорить о себе и об этом человеке, Кэри Хейл говорил с удивительной легкостью.

— Он жуткий зануда. Никогда не отвечает прямо на вопросы, и постоянно вводит в заблуждение.

— Кого-то это мне напоминает, — с иронией протянула я. Кэри Хейл хмыкнул:

— Он жуткий сладкоежка.

— Ну ладно, одно отличие, пожалуй, но в остальном… — я замолчала, глядя на то, как Кэри Хейл закрыл глаза, и сидит, склонив голову на грудь. Неужели уснул? Наверное, притворяется…

Я тихонько приподнялась, и прошептала:

— Кэри?

Он не шевелился, лишь размеренно дышал. Действительно уснул.

Эта неделя тяжелой была не только для меня, но и для него тоже. Я опустилась обратно на подушки, решив, что у меня есть время о многом подумать. Это было последней моей мыслью, перед тем, как я уснула.

Я проснулась от возмущенного крика, и не сразу сообразила, что происходит. Мама с диким выражением на лице, зло протопала внутрь моей комнаты. Я попыталась пошевелиться, но что-то мешало. Скосив голову в сторону, я поняла причину маминого шока — рядом со мной, обвернув свои руки вокруг моей талии спал Кэри Хейл. Я оторвала его руки от себя, и с колотящимся от возбуждения сердцем, стала отодвигаться к краю кровати, подальше от мамы, потому что она неслась ко мне, явно вознамерившись хорошенько отделать зонтиком, который сжимала в руке.

— Так. — Она остановилась с противоположной стороны кровати — а я с другой. Удивительно, что Кэри Хейл не проснулся.

— Мама, — начала я, но она угрожающе подняла зонтик в мою сторону.

— Не смей ничего говорить. Я очень рада, что ты пришла в себя, потому что я действительно волновалась, но я и подумать не могла, что… что когда я приду поздним вечером домой, то обнаружу тебя в обществе этого молодого человека.

— Мам, это же Кэри Хейл, — всплеснула я руками. Мама нахмурилась, словно она не находила ничего нормального в том, что в моей постели — Кэри Хейл. Она опустила на него взгляд. Я тоже. Он продолжал обнимать подушку во сне, уткнувшись в нее лицом.

Мы с мамой одновременно вскинули головы, и встретились глазами.

— Скай, ты сошла с ума? — прошипела она, решив все же, что продолжать орать не совсем нормально. — Он же старше тебя. На сколько? На три? На четыре года?

— Э-э…

— Что происходит?! Почему я ухожу, и ты спишь, а когда возвращаюсь, ты уже в его объятиях?! — Она прищурилась: — Он что, влез в окно?

— Нет. — Технически, я ведь не солгала. Я понятия не имею, как этот парень попал в дом.

— Нет, — повторила мама. Тон ее голоса не предвещал ничего хорошего.