— Мы подстроим, как будто произошел несчастный случай.

— Так это и был несчастный случай.

— Я имею в виду автомобильную катастрофу.

Во взгляде Катрины явственно читалось сомнение.

— Положим его тело в пикап, — продолжал Джек. — Я сяду за руль, а ты поедешь за мной на порше. Чарли сказал, что живет в Скайкомише. Это к западу отсюда. В окрестностях города создадим видимость, будто он вылетел с дороги.

— Просто так взял и вылетел?

— Мало ли, заснул. Или перед ним пробежал олень. Неважно. Его смерть не вызовет подозрений. И все это останется в прошлом.

Девушка молчала, не веря, что вообще обдумывает предложенный план. Ведь если она поможет Джеку, то станет соучастницей убийства. Вот только в противном случае он отправится в тюрьму и, скорее всего, на весьма продолжительный срок.

— Кэт, — мягко, но решительно произнес Джек. Он сел рядом с Катриной и взял ее за руку. — Чарли мертв. И с этим уже ничего не поделаешь. Но в наших силах изменить будущее. Либо мы сообщаем о смерти старика властям, и тогда твоя жизнь разрушится, а меня упекут за решетку, либо же действуем согласно моему плану.

— А вдруг нас поймают? Вдруг нам что-нибудь помешает?

— Ничто нам не помешает.

— Почему ты так уверен?

— Ты должна мне верить.

Внезапно Катрине показалось, что она уже вступила на путь, сойти с которого невозможно. Как ни крути, а Джек прав. Чарли мертв — тут ничего не изменишь. И еще она знала, что не сможет жить с сознанием того, что Джек гниет заживо в крошечной камере из-за цепочки событий, возникшей в результате ее дурацкой лжи во спасение.

Парень не сводил с нее взгляда:

— Кэт?

— Черт побери, Джек!

Глава 17

Зак прижимался к стволу дерева, боясь даже пальцем пошевелить. В ушах гулко стучала кровь, ватные ноги с трудом удерживали тело. Джек уже скрылся за дверью дома, но парня по-прежнему сковывал леденящий ужас. Когда минуту назад под его ногами хрустнула ветка, он был уверен, что Джек тут же направится в его сторону — и тогда ему придется бежать, бежать сломя голову. Потому что дружок Катрины только что не просто убил старика, а сделал из него отбивную — и то же самое он может сделать и с ним, если поймет, что он все видел. Но через какое-то время Зак все-таки решил выйти из своего укрытия. Нужно было проверить старика. Хотя не было сомнений, что бедолага мертв. Выжить после такой дробилки, когда треск костей сменяется чавкающими звуками перемалываемой плоти, невозможно. Но проверить все равно надо.

Он выглянул из-за дерева и прокрался к кустам, куда Джек отволок труп. Продравшись через заросли, раздвинул ветви — и содрогнулся, хоть и знал, чего ожидать. На залитом кровью лице старика живого места не осталось. Сломанный нос, казалось, сместился на пару сантиметров влево, а открытый рот зиял черной беззубой дырой. Может, несчастный попросту не надел перед поездкой протезы, но скорее всего, зубы его сейчас валяются в пыли на том месте, где на него обрушились удары безумца. Холодный лунный свет, отражаясь в закатившихся глазах мертвеца, придавал им сходство с двумя серебряными монетами — эдакой платой Харону за переправу.

Но как ни изуродовано было лицо старика, в подлинный ужас Зака привело тело убитого. Оно напрочь утратило естественный вид и смахивало на нелепую, набитую бобами тряпичную куклу. С прижатыми к бокам цыплячьими руками и сведенными вместе коленями, тело было изогнуто в форме небрежно нацарапанной «S» и казалось каким-то сдувшимся, пустым, словно человеческая оболочка в ужастике, из которой только что выбралось зловещее инопланетное существо.

Старик мертв. Однозначно.