|
Подобный исход вообще был бы идеальным. Ужин медведя ни одному патологоанатому не по зубам. Ха! Останутся только косточки, и ничего больше. Да и они уже следующей весной окажутся погребенными под слоем опавшей листвы, а со временем затянутся свежей порослью.
Джек обшарил труп. Его добычей оказались бумажник и связка ключей. Затем он двинулся обратно через лес и, обойдя заросли кустарниковой полыни, вышел на шоссе. Катрина, скрестив руки на груди, расхаживала взад-вперед возле порше. Заметив парня, она бросилась к нему. Вид у нее был как у сбежавшей из психушки пациентки.
— Джек, что ты наделал?! — зарыдала Катрина, застучав своими маленькими кулачками ему по груди. — Боже мой, что ты наделал?!
— Возьми себя в руки, Кэт! Да что на тебя нашло? Только насмерть перепугала бедолагу своим бредом. Из-за тебя он решил, будто я собираюсь убить его!
Девушка продолжала наносить удары.
— А ты убил его?! Убил?! — заходилась она. — Я знаю, что убил. Не ври мне! Я знаю, что убил!
— Нет, ты серьезно, что ли? — Джек схватил ее за руки. — Что за глупости ты мелешь? У тебя просто истерика.
— Ты убил его!
— Я всего лишь переговорил с ним.
— Врешь!
— Но это правда!
— Где же он тогда? Почему он не с тобой? — Запястья девушки напряглись, словно она собиралась вырваться или опять начать колотить ему по груди. Джек на всякий случай стиснул их покрепче.
— Сидит да обдумывает наш разговор, который я хорошо спланировал заранее. — Он в конце концов отпустил девушку и оглядел шоссе. — Совсем скоро я все тебе объясню. Только не сейчас, не здесь. Нужно убираться, пока еще кто-нибудь не объявился.
Катрина зашаталась, словно ей вдруг стало дурно, и поднесла руку ко рту.
— Только не вздумай здесь блевать! — рявкнул парень. Лужа рвоты рядом с обугленным пикапом угробит весь его замысел!
Он сорвал с себя футболку и едва успел растянуть ее перед девушкой, как ее вырвало. А потом еще раз, и еще. Джек снова оглядел шоссе. Никого, никаких фар. Но везение и вправду не может длиться вечно. Они словно играли в русскую рулетку — только их жизням угрожали не пули, а пролетающие секунды.
Когда Катрину наконец перестало выворачивать наизнанку, парень завязал футболку в эдакий бурдюк и забросил его на заднее сиденье бьюика.
Девушка тут же тенью выросла за ним.
— Так что ты ему сказал? — прохрипела она. Выглядела Катрина по-прежнему разгневанной и напуганной, однако в глазах у нее появилась надежда: она уже не была уверена, что Джек убил незнакомца.
— Объясню позже. Обещаю. Но прямо сейчас необходимо довести дело до конца. В любую минуту может кто-нибудь появиться.
— А мне плевать! — заявила вдруг девушка. — Я больше в этом не участвую!
— Черт, Кэт! Да ты же выбрасываешь свою жизнь на помойку! Ты это хоть понимаешь?
Предоставив ей как следует поразмыслить над не слишком поэтичной метафорой, Джек устремился к пикапу. Он отогнул стебли игольчатого флокса и открыл капот, изрядно перекосившийся после столкновения с деревом. Двигатель по-прежнему работал, с честью перенеся аварию. Парень выкрутил масляный фильтр, оказавшийся таким горячим, что обжигал пальцы, и вытряс из него масло на раскаленный выпускной трубопровод. Затем снова завинтил фильтр, однако затягивать до упора не стал, чтобы в случае проведения экспертизы сочли, что он был не закреплен еще до аварии или же разболтался в результате нее. Любой из выводов объяснит утечку масла и, как следствие, воспламенение.
Масло сразу же зашипело, распространяя тошнотворную вонь тухлых яиц. Через мгновение повалили клубы сизого дыма, а затем раздался свист — и по всему двигателю жизнерадостно заплясали огненные языки. |