Она пожала плечами.

— Я сама перенесла грипп совсем недавно, поэтому представляю, как отвратительно вы себя сейчас чувствуете.

Он удивленно покачал головой.

— Странно, что вы беспокоитесь о совершенно незнакомом человеке. Но раз уж вы здесь, можно задать вам вопрос?

— Конечно.

— Что побудило такую женщину, как вы, заниматься уборкой?

— Такую, как я? — спросила Эмили, подняв брови.

— Я убежден, что вы не всегда были уборщицей.

— Мне это нравится, — просто ответила она.

— Достаточно честно. — Лукас поставил пустую кружку и натянул на себя одеяло. — А чем вы занимались раньше?

— Работала в офисе. — Эмили встала. — Я все это унесу, а вы постарайтесь поспать. Я еще загляну к вам. — Она взяла поднос.

— Спасибо, — пробормотал он сонно. — А что я могу сделать для вас?

— Поправляйтесь, пожалуйста.

На кухне Эмили вылила в кружку купленный по дороге суп и поставила его в микроволновую печь, потом положила на видном месте хлеб и нож, поставила масленку и сделала себе чай. Было уже поздно, и ни о какой литературной работе сегодня не могло быть и речи.

Она написала записку по поводу приготовленной еды и, немного поколебавшись, сообщила свой новый, еще не занесенный в телефонную книгу номер. Когда она с запиской в руках вошла на цыпочках в спальню, Лукас Теннент, измученный бессонными ночами, спал как убитый. Выглядел он гораздо лучше и не напоминал больше привидение с безумными глазами.

Первый этаж дома в Спайтлфилдсе был залит светом. Не решившись спросить у Нэта, как прошла его поездка в Честлкомб, Эмили начала медленно подниматься к себе, но, услышав звонок телефона, прибавила шагу. Она отперла дверь и стремительно пересекла комнату: неужели Лукасу стало хуже? И остановилась как вкопанная — другой, слишком хорошо знакомый ей голос оставлял сообщение на автоответчике:

— Возьми трубку, Эмили. Я знаю, ты здесь, нам надо поговорить. Сними трубку. — Последовала пауза, потом тихое хмыканье. — Не будь ребенком, позвони мне.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Эмили бросила взгляд на автоответчик. От одного звука голоса Майлза Денни у нее все сжималось внутри. Когда-то ей нравилась его манера растягивать слова, но только вначале. Эмили сжала кулаки — она не могла поверить, что была так глупа.

Она работала в консультативной фирме, когда там появился Майлз, и почти с первого дня их знакомства он неотступно преследовал Эмили. Его настойчивость льстила, и постепенно, изведя ее многомесячной осадой, Майлз одержал победу. Однако, как только они начали жить вместе, она поняла, как мало между ними общего. И когда Майлз стал регулярно встречаться после работы с приятелями, Эмили начала получать удовольствие от этих одиноких вечеров — не надо было готовить ужин и включать телевизор. Когда стало очевидным, что крепкий сон для нее предпочтительней безрадостных занятий любовью с Майлзом, Эмили поняла: настала пора действовать. Решив выложить все начистоту, она однажды дождалась его возвращения с очередного мальчишника и немедленно поняла, почему Майлз всегда настойчиво стремился принять душ, прежде чем пройти в комнаты, — от него несло чужими духами, аромат которых показался Эмили тошнотворным…

Звонок телефона вернул ее к действительности. Она выругалась, враждебно посмотрела на аппарат, но на этот раз сообщение было от Лукаса.

Эмили схватила трубку.

— Я здесь, — выговорила она, едва дыша. — Что-то случилось? Как вы себя чувствуете?

— Нельзя сказать, что превосходно, но благодаря вам, мисс Уорнер, есть хоть какой-то шанс, что я выживу.