Замысел с Троцким был прозрачен – Америка была нужна Антанте лишь в той степени, в какой была сильна Германия. Слабая Германия = слабая Америка. А на фига нам, спрашивается, Америка сильная, если мы с "тевтоном" и сами управиться можем? Сильная же Германия – это о-о-о… Тут тут же появляются на свет "особые отношения" между "демократиями", тут же идут в ход "узы", "братство", "общие корни" и сдувается пыль с такой замшелости, как некая "цивилизационная близость". Одним словом – "братушки". Чем больше братушек у нас, тем меньше их у нашего противного противника. За Троцким, отправленным на "Кристианияфьорде", стояли интересы государства под названием СаСШ. За ним же стояли и интересы Германской Империи (еще бы!). Вы спросите меня – а как же Англия? Парадокс в том, что и Англия имела в этом деле свой интерес. Англия пыталась усилить свои позиции в среде "русских революционеров". Дело было в том, что вслед за свержением монархии в России тут же началась борьба за власть, в которой сошлись "социалисты" и "либералы". Победа в конечном итоге что одних, что других и попытки построить в России "свободное общество" означали всемерное усиление позиций социалистических партий уже в самой Германии совершенно вне зависимости от того, находится ли Германия в состоянии войны с Россией или нет. Тут даже трудно сказать, что лучше. С точки зрения англичан немецкие усилия в России по внедрению социалистических идей в конечном итоге работали против самой же Германии. Наверняка немцы это тоже понимали и, выиграй они войну, для побежденной России было бы придумано что-нибудь другое. Судя по тому, кому немцы оказывали поддержку в 1917-18 годах, ставка была бы сделана на "национальные движения". На "генерала Франко". Только в случае с Россией, в силу ее масштабов, счет таким "каудильо" шел бы на дюжины. Европа разбила бы Россию на пару десятков "Украин" со своей маленькой гражданской войной в каждой из них. Вот можно было бы наиграться, вот можно было бы натешиться!

Словом, все тогдашние основные игроки видели друг-друга насквозь (во всяком случае, им так казалось) и речь шла лишь об одном – о времени. Кто успеет первым. Rat race.

В конце 1915 года Вайзмэн был отправлен в Америку с соответствующими полномочиями, с, так сказать, мандатом – ему была передана в подчинение сеть британских агентов в Северной Америке. Замечу, что не вообще всех агентов, а только агентов разведки, МИ6, сделано это было не без умысла. Очевидно, выбор в пользу Вайзмэна был сделан потому, что он прекрасно был знаком с американскими реалиями, хорошо показал себя в Мексике, а также в силу психофизиологических свойств его натуры. Вайзмэн был тем, что мы называем "хитрецом". Миссия его была в высшей степени щекотливой, ибо оперировать ему, то-есть бороться с немецким "влиянием" (чрезычайно сильным!) в Америке, приходилось в стране нейтральной. Причем нейтралитет СаСШ отнюдь не был дружественным, что и продемонстрировал ряд внешнеполитических инициатив Хауса. Поскольку у государств секретов друг от друга нет, то истинная роль Вайзмэна и род его занятий особо и не скрывались. Между ним и Хаусом тут же установились близкие, чуть ли не дружеские отношения, что позволило в последующем трактовать роль Вайзмэна как "связного" между Вашингтоном и Лондоном. Английской стороной значение тому, чем занимался Вайзмэн в Америке, придавалось столь высокое, что его рапорты, минуя бюрократическую цепочку, доставлялись сразу на самый верх и тут же становились одним из пунктов в повестке дня во время заседаний Кабинета Его Величества.

Почему американцы уцепились за Троцкого, понятно. У них просто под рукой не было никого другого. И немцы, и англичане успели обзавестись "рычагами" в среде российских политиков, как текущих, так и "перспективных", однако Америка до марта 17-го была не того уровня игрок, чтобы иметь своих "агентов влияния" в правительстве далекой России.