|
– Нет, у него работа, ему проект сдавать через три недели. И еще он обещал взять меня в свою компанию, так что, – Тушкан отвесил шутовской поклон, – спасибо, ваше высочество, что помогли с трудоустройством. Настя растерялась и не знала, что сказать. Тушкан раздувал щеки от гордости, но она-то знала, что будущее, нарисованное Тушканом – слишком простое и позитивное, чтобы стать реальностью. Так, собственно, и вышло. Принц заперся с королем, Тушкан ждал его в «Оверлуке», но разговоры никак не заканчивались, соответственно не заканчивалось и ожидание Тушкана. Как не заканчивалось и Настино ожидание. Вечером того же дня, проснувшись в своих покоях после краткого неприятного забытья, она вспомнила, что помимо поединков и ключей, возвращающихся принцев и уходящих телохранителей, есть еще одна очень важная вещь. Она вспомнила и, как была, в халате, бросилась к Смайли. Уже по пути она вспомнила о существовании телефона, а также о том, что в это время суток гнома может и не быть на рабочем месте. Однако Смайли там был, и он помнил про очень важную вещь. – Роберт! – выдохнула Настя на пороге его кабинета. – Ты потеряла тапочку, – заметил гном. – Я… Черт, действительно… Но дело не в этом, дело… – Дай-ка угадаю, – сказал Смайли и развернул к Насте старомодный перекидной календарь с видами Лондона. – Это? Настя присмотрелась. На сегодняшней странице рукой Смайли была дописана цифра 14, рядом с ней стоял восклицательный знак. – Ты хочешь мне напомнить, что сегодня истекает двухнедельный ультиматум Леонарда? – Да, – уже отдышавшись, сказала Настя, вышла в коридор, нашла тапочку, вернулась в кабинет Смайли и села на диван. – И что мы теперь будем делать? – Ничего, – сказал Смайли и отпил из кружки с молоком. Рядом на тарелочке лежали несколько квадратных печений. Глава королевской службы безопасности излучал спокойствие и глубочайшую уверенность в том, что и через сутки, и через двое у него на столе все так же будет и молоко, и печенье, и что у него будет время на молоко и печенье. – Как – ничего? – Настя привстала с дивана. – Если срок ультиматума вышел, то теперь Леонард… – Да, да, да… Он перейдет к активным действиям. – А мы… – Мы будем ждать, когда он к ним перейдет. Анастасия, – Смайли сделал успокаивающий жест, – я понимаю твое беспокойство, твое нетерпение… Тебе хочется найти мерзавца и размазать его по стенке, прежде чем он причинит вред кому-нибудь еще, но… – Я просто хочу ясности. – То есть? – У меня уже болит голова от всяких загадок и непонятностей. Я хочу, чтобы было видно – вот Леонард, а вот мы. Он делает вот что, а мы ему отвечаем вот чем. И еще я хочу, чтобы все, наконец, закончилось. Чтобы все успокоилось, и мы могли нормально жить, безо всяких тревог и… – Этого не будет, – грустно улыбнулся Смайли. – Как это? – Когда закончится одно, начнется другое, а иногда это первое даже и не успевает толком закончиться, как начинается второе, а там и третье подтягивается… И так без конца. Честное слово. – То есть ты думаешь, даже если мы разделаемся с Леонардом… – Будет что-то другое. Новые проблемы и новые причины для беспокойства. |
