|
А если действовать сообща, по плану, – Смайли застегнул клапаны на бронежилете, – у нас есть шанс. – Тебя не было в моем сне. – Это плохо? – Понятия не имею. – Будем считать, что это хорошо. Попробуй еще раз связаться с Лайманом, а мы… Удар лома о мрамор прозвучал как-то уж слишком близко. Настя обернулась и увидела на лестнице человека. То есть бывшего человека. Низко опустив голову, он поднимался по ступеням, и с каждым шагом бил ломом по мраморным ступеням. И он был не один. – Ага! – радостно завопил Утер, забыв все, сказанное Смайли, вскинул пулемет и нажал на спуск. Сначала было похоже, что Утер решил перейти на сторону противника и помочь в уничтожении дворца – первая очередь ушла куда-то вверх, полетели куски лепнины, каменная пыль и прочий мусор, выбиваемый пулями из стен и потолка. Потом король все же смог опустить пулеметный ствол и срезал шеренгу зомби, за которой тут же возникла вторая, а за второй – третья. Они были, как вода, заполнившая один сосуд и естественным образом перетекающая в другой; Утер стоял у нее на пути и пытался перегородить этот канал растопыренной ладонью. У него не было ни малейшего шанса. Но Утер был занят не подсчетом своих шансов, он отважно и безрассудно жал на курок, и на мгновение у охранников возникло ощущение, что это работает, что зомби остановились или даже попятились. Охранники заорали что-то мужественно-непотребное и принялись палить в шесть стволов. Смайли смотрел на это, раскрыв рот. Настя закусила губу и отступила назад, но брызги крови долетали даже сюда. На пол сыпались горячие гильзы, в воздухе стоял запах крови и пороха, и если это и была пресловутая битва добра со злом, то она выглядела ничуть не лучше, чем все прочие битвы: тупая жестокость пыталась сломить безразличную покорность. – Уходи, – сказал Смайли. – Уходи, найди Амбер и… Все это плохо кончится, – произнес он то, что вертелось у Насти на языке с самого утра. И практически в тот же миг все и кончилось, причем довольно плохо. Своим свирепым огнестрельным напором Утер и охранники отвоевали у зомби всего лишь несколько ступенек, а потом у них кончились патроны, и нужно было перезаряжать автоматы, но зомби молча продолжали идти наверх, спотыкаясь о трупы, замедляя ход, но все же продолжая двигаться по лестнице, как живая масса, готовая поглотить и переварить все на своем пути. – Все это плохо кончится, – сказал Смайли и вдруг изменился в лице. Настя обернулась и увидела, что Утер уже не стреляет, а орудует своим пулеметом как дубиной, бьет зомби по головам, отступает, поскальзывается на залитых кровью ступенях, падает… – Ваше величество! – Смайли уже был рядом и попытался поднять короля, но гномьих сил тут было недостаточно, кто-то еще метнулся на помощь, и Настя уже не могла стоять в стороне и тем более не могла убежать с этого страшного места… Она схватила Утера за шиворот и потянула назад, слыша справа от себя тяжелое дыхание Смайли, перекрываемое воинственными воплями короля, который упорно цеплялся за пулемет. Слева оказался Бернар, и втроем они кое-как втащили Утера на несколько ступеней вверх, здесь король снова обрел силы и вкус к битве, ухватил пулемет и попытался броситься на зомби. Его хотели удержать, но Смайли и Настя отлетели в стороны, и в следующий миг Настя уже слышала отчаянный вопль Смайли – кто-то из мерно поднимающихся по лестнице зомби ударил ему по ноге лезвием лопаты. |
