|
Другой зомби перешагнул через гнома, споткнулся, упал и придавил Смайли своим телом. Гном стиснул зубы и рванулся всем телом, но вес был слишком велик. – Они бывшие люди, – сказала себе Настя и выхватила пистолет. – Все они уже умерли. Обоймы хватило, чтобы удержать зомби на этом участке лестницы в течение нескольких секунд. Настя протянула Смайли руку, схватила широкую ладонь гнома и дернула ее к себе. Гном, хромая, вскарабкался по лестнице, Настя бросилась было за ним, но что-то толкнуло ее в спину, она потеряла равновесие и едва не упала, однако упасть ей помешала плотная шеренга наступающих зомби. Они сжали ее с обеих сторон и потащили с собой вперед. Пистолет выпал из Настиной руки, она попыталась развернуться, чтобы видеть, куда ее несет этот мертвый поток, но не успела – что-то нарушилось в движении разрушителей Лионеи, тиски разжались, и Настя провалилась влево, где ее тут же сбили с ног, ударили по ребрам, а потом она видела над собой только ноги, а потом она уже не видела ничего… – Наконец-то, – сказала королева-мать. 9 Настя проснулась от того, что в оконное стекло ударился небольшой камешек. Она открыла глаза, подумала и решила проигнорировать камешек и того, кто его бросил. В постели было мягко, тепло и безопасно – именно так, как Настя и хотела себя ощущать. Некоторое время спустя кто-то позвонил в дверь. Настя понадеялась, что это ошиблись адресом, но звонки не прекращались, так что пришлось вылезти из-под одеяла, надеть тапочки, халат и спуститься вниз, к входной двери. – Добрый день, – сказала она, открыв дверь и инстинктивно заслонившись ладонью от яркого летнего солнца. – Чем могу… – Наконец-то, – сказала королева-мать. То есть это сказала женщина лет тридцати, одетая в светлые брюки свободного покроя и белую блузку. Тонкая талия была перетянута кожаным ремешком, ветер слегка шевелил каштановые волосы, которым позавидовала бы не одна голливудская актриса. В этой женщине не было ничего, даже отдаленно напоминающего Анабеллу Андерсон. Но это была именно она – Настя это знала. Непонятно откуда, но знала, и это было знание из тех, что не подвергаются сомнениям. Настя попятилась, пропуская королеву в дом, и хотя это был явно не самый главный вопрос из крутившихся в ее голове, она все же не удержалась: – Почему вы так выглядите? – Потому что я хочу так выглядеть, – бросила мимоходом королева. – Потому что я себя так вижу. – То есть вы тоже маг? – Я? Нет, я знаю пару трюков, но… Почему ты об этом спрашиваешь? – Потому что вы изменили себя, а это… – Боже мой, – всплеснула руками Анабелла. – Так ты еще не поняла? Милочка, у нас нет на это времени… – она схватила Настю за руку и подтащила ее к большому настенному зеркалу. – Вот, полюбуйся. Настя посмотрела в зеркало и ахнула. Потом она потрогала себя за щеки. Потом дотронулась до груди. Потом до бедер. – Я блондинка, – произнесла она вслух. – Причем неестественно яркая, – добавила королева. – И мое лицо… И еще грудь. И тут… Мне как будто сделали пластическую операцию. – Причем не одну, а целую дюжину. – Серьезно? – Разумеется, нет. Просто ты выглядишь так, как всегда хотела выглядеть. Оказывается, это не так уж и здорово, правда? – Но почему… – Настя никак не могла оторваться от собственного отражения, которое притягивало и отталкивало одновременно. |
