Удался ей лишь сам акт сопротивления. Ей казалось, что на нее давит грандиозный, сокрушительный вес, который она зачем-то пытается поднять. Вместо онемения приходила боль, ее трясло от усталости, но она не собиралась отступать. На секунду ей удалось двинуться вверх… а потом она, пораженная новой вспышкой боли, вскрикнула и упала на четвереньки.

– Мира, достаточно! – приказала королева. – Вы позорите себя и ставите в неловкое положение нас! Возможно, нам придется убить вас – и как я должна объяснить это адмиралу? Если она не смирится, мне придется убить и ее! Видите, к чему вы все ведете!

Она ведь не пыталась обмануть Миру… Для Аэнты все действительно обстояло именно так: убийство стало бы для нее не преступлением, а неудобством.

Теперь уже Мира жалела, что не попыталась пристрелить их. Она была уверена, что они такого не заслуживают – и ошиблась. Пистолет по-прежнему лежал на полу перед ней, так издевательски близко! А она не могла дотянуться до него, никак…

Или могла?

Пальцы дернулись, двинулись, перестали дрожать. Только на одной руке – но все же! Они, будто живое существо, начали подползать к пистолету, тянуться к черному металлу – под шокированным взглядом Миры, для которой это стало таким же неожиданным зрелищем, как для остальных.

– Тидар, что происходит? – нахмурилась королева. – Вы должны были запретить ей движение!

– Я сделал это…

– Вы не видите? Она хочет напасть, остановите ее, немедленно!

– Я не могу… – пораженно прошептал старик.

– Почему?!

– Потому что это делает не она!

Они ничего не поняли, а Мира поняла, она просто не могла поверить. Но пришлось – и потому, что рука все-таки подхватила пистолет, и потому, что в металле блеснули алым чужие глаза…

Она выстрелила быстро и уверенно, два раза. В живот старику, так, чтобы он согнулся и потерял контроль над заклинанием, потом – точно в лоб, чтобы больше не попытался баловаться с магией. Мира почувствовала, как в момент его смерти давление отступило, к ней вернулась власть над собственным телом.

– Пожалуйста, – иронично прошептал откуда-то из бесконечной дали голос Умбрении.

Смерть Тидара вызвала вполне оправданную панику. Может, Аэнта и готова была проявить смелость, вступить в бой лично, но охранники не позволили ей, закрыли собой, помешали свободно двигаться. Мира воспользовалась этим, чтобы оттолкнуть с пути оставшихся и бежать ко входу в покои старика.

В магической лаборатории она не задержалась. Пожалуй, следовало поискать там какое-нибудь оружие, но Мира знала, что все равно в нем не разберется, только время зря потеряет. А его и так слишком мало, они сориентировались быстро!

Но недостаточно быстро. В момент, когда ее догнали, она стояла уже у самой решетки.

Ликвидатор не была похожа на беснующегося зверя – хотя стоило ли удивляться очередной лжи со стороны Аэнты? Впрочем, человеком она тоже не стала. Она оставалась собой: очень сильным и очень умным зверем. Она сообразила, что происходит нечто необычное, и просто замерла у решетки, оскалив клыки, броситься на Миру она не пыталась.

– Мира, давайте поговорим! – примирительно подняла обе руки королева. – Вас никто не будет винить, вы должны подумать о других… Вы не имеете права выпускать в мир кровожадного монстра! Пострадают и мои люди, и ваши!

Возможно, стоило бы предпочесть переговоры – а Мира не могла. Ни слушать, ни пытаться быть вежливой, ни оставаться разделенной. Она не ошиблась: оказавшись здесь, она четко поняла, как нужно поступить.

Она прижала руку к магической решетке, уничтожая ее, и ограничилась лишь одной фразой, да и то обращенной не к королеве, а к ликвидатору.