Вместо привычных красных глаз на него смотрели серые, да еще под собственными ресницами и пока тонкими, но обретающими форму линиями бровей. Неестественно белесый оттенок кожи ушел, отогнанный первым загаром. На голове четко просматривались возвращающиеся темные волосы.

Он изменялся, возвращался к себе прежнему, потерянному давно и навсегда, но при этом он сохранял все способности кочевника. Сатурио не думал, что такое возможно, однако Тидар сдержал свое слово. Кочевник торжествующе улыбнулся, и пока еще незнакомое отражение улыбнулось ему в ответ.

Что ж… Быть может, им и доведется остаться на этой луне навсегда!

* * *

Гетеры редко обзаводились собственными домами. Большая часть их жизни проходила в путешествиях, потому что их ремесло – это общение с людьми, на покой остается не так уж много времени. Если же гетера решала оставить работу, она чаще всего поселялась в доме выбранного поклонника. Не потому, что не могла позволить себе покупку своего дома, просто так было проще и спокойней.

Каллисто знала, что некоторые ее одноклассницы как раз мечтали о том, что однажды они завершат карьеру – и останутся наедине с собственной судьбой. У нее подобных желаний не было, она только вырвалась из школы, только начала взлет… А потом оступилась и упала, к этому она не готовилась. Расплатой стал Сектор Фобос, и какие уж тут дома? Тут выжить бы!

Но все порой складывается совершенно непредсказуемо. Каллисто размышляла об этом, обходя роскошный дом с видом на укутанный дымкой океан. Этому дому предстояло стать ее убежищем – на несколько дней или навсегда, кто теперь поймет?

Она прибыла на остров вместе со второй группой. Никто на этом не настаивал, однако в Эслирию направилась адмирал, а жизнь научила Каллисто: в спорных ситуациях лучше держаться поближе к высшему руководству. Когда она вошла в команду, Елена сразу велела ей:

– Прошу, наблюдайте за ними. Сообщите, если почувствуете хотя бы намек на обман.

– Разве не лучше поручить это Иде? – удивилась Каллисто.

– У Иды свои методы, у вас – свои. Ее знания больше подходят для работы с людьми, ваши кажутся мне более универсальными.

Каллисто не стала спорить и уточнять, почему адмирал не спешила доверять хозяевам луны. Да, пока что местные жители не сделали ничего плохого, они были безупречно милы. Но ведь они и выгоды никакой не получали! Они только отдавали, ничего не прося взаимен. Либо их природа серьезно отличается от природы людей, либо они все-таки готовятся к чему-то.

Поэтому после прилета Каллисто выглядела расслабленной, но не расслаблялась на самом деле. Она не позволяла себе одиночество, она старалась быть везде и сразу, оставаясь при этом незаметной. Она слышала разговоры местных с гостями – и между собой. Иногда гетера просто замирала в тенях, а бывало, что она как раз начинала беседу, но результат всегда был один: ничего.

Никаких многозначительных взглядов или пониженных голосов, не говоря уже об откровениях. Что бы ни происходило, обитатели острова напоминали детей, увидевших чудо.

Гетера сомневалась в своих выводах до последнего, но она видела, что и другие проверки ничего не принесли. Кочевники чуть ли не до основания этот остров перерыли! Они наивностью и доверчивостью никогда не отличались, и раз они ничего не нашли, может, ничего и нет?

Потом кочевники и вовсе согласились на эксперимент, приняли от местных помощь – и не прогадали! Так не означает ли это, что Сектор Фобос наконец-то дал им передышку и после всех несчастий привел их к оазису уюта и покоя?

И все бы ничего, но кое-что все-таки не давало Каллисто покоя…

Куда подевался Гюрза?

Она знала, что он прилетел на остров с первой группой. Он был одним из многих, не привлекал к себе внимания и уж точно не враждовал с местными.