– Не тронь дверь! – взревел Байкер.

Такер остановился, прицелился, но было поздно. Бык открыл дверь, и началось светопреставление.

Первая же трагг‑а когтями разорвала Быка на куски.

Гэннон замер. Пытаясь осознать, что происходит, он терял драгоценные секунды. Невероятно! Этого не может быть!

Тут Байкер и Такер одновременно открыли огонь. Первая трагг‑а упала назад на следовавших за ней двух других чудищ, но под их напором отлетела в сторону, а они прорвались в дверь мимо нее. Смрад, исходивший от них, отравлял воздух. Они выли и визжали под градом пуль, которыми их осыпали Байкер с инспектором. Трое из чудищ свалились, но без конца появлялись новые. Подбили еще четверых трагг, но тут у Такера кончились патроны. Он ринулся вниз по ступенькам и, ударив бесполезным теперь оружием по морде одной из гадин, выбил ей все зубы. Упав, Такер откатился в сторону, спасаясь от когтей твари, уперся револьвером ей в бок, коленом в брюхо.

– Дверь! – вопил Байкер, стараясь привлечь внимание Гэннона. Он боялся стрелять, чтобы не задеть Такера. – Закрой дверь!

Размахивая винтовкой, как дубиной, Байкер сбежал с лестницы. Его окрик вывел Гэннона из столбняка. Молотя кулаками, он как тигр бросился вперед. Первую трагг‑у он сразил ударом в горло. С размаху переломил тянувшуюся к его груди когтистую лапу. Лягаясь и отбиваясь от второго чудища, он пробился к двери. Напружинив мускулы, Гэннон силился ее закрыть, но напор трагг был слишком мощным. Их было не счесть.

Глазам Шевье, который первым из помощников Гэннона спустился вниз, открылась сцена из дантовского «Ада». Оценив обстановку, он поднял револьвер и открыл огонь. Его примеру последовал Мерсье, появившийся на лестнице через полсекунды.

Когда ряды чудовищ дрогнули под перекрестным огнем, израненный трагг‑ами Байкер пробрался к Гэннону. Вдвоем они навалились на дверь. После того как несколько секунд спустя к ним присоединился Такер, им удалось ее захлопнуть, и Байкер задвинул засов. Спустившийся с лестницы Шевье прикончил одну из трагг, которую Гэннон только отшвырнул в сторону. Отбросив пустую обойму, он полез в карман за новой.

В холле внезапно воцарилась тишина. Байкер закачался и рухнул на колено. Гэннон и двое его сообщников уставились на инспектора, который слишком ясно понимал опасность положения, глядя на свой незаряженный револьвер, валявшийся на полу среди трупов чудовищ. И тут Дом задрожал так, будто его затряс великан.

Все как один попадали. Попадали на трупы трагг, от зловония которых всех замутило. Они валялись, беспомощные, будто тряпичные куклы. Уцелевшая до сих пор мебель каталась вокруг, разбитые стекла картин и осколки растрескавшихся ваз усеивали пол. Но вот тряска прекратилась. Наступила зловещая, чреватая опасностью тишина.

– Пресвятая Матерь Божья! – глухо воскликнул Мерсье, увидев царивший вокруг хаос.

Никто не шевелился. Все ждали, что Дом снова начнет трясти. Ждали, что вот‑вот под напором чудищ опять распахнется дверь. Проходили секунды, и вдруг фосфоресцирующее свечение вдоль стен угасло, и вспыхнул электрический свет.

– Слава богу! – проговорил Такер. Он посмотрел на Байкера. – Отбились?

Байкер склонил голову набок и прислушался.

– Это включился запасной генератор, – сказал он. – Я поставил его на автоматическое включение.

– То есть?

– В Доме свои генераторы на случай, если прекратится подача энергии или еще что случится.

– За окнами светлеет, – заметил Гэннон. Он поднялся и брезгливо поглядел на испачканный костюм.

– Мне это не нравится! – сказал Байкер.