Дым сгустился, и внезапно шаман исчез. Замолк и барабанный бой. В наступившей тишине Байкер ощутил себя потерянным. При Ур‑вен‑те он испытывал чувство полного покоя. Чувствовал, что владеет собой. Теперь он со вздохом повернулся к дверям, зная, что ему предстоит, и всячески противясь этому.

Такер сделал шаг назад, не отводя взгляда от тотемной палочки, которую держал Байкер, и Байкер улыбнулся. Ах вот как, эта палочка им не нравится? Что ж! Он постарается это использовать. Может, палочка не даст им опять превратиться в шайку озверелых идиотов.

– Нам, верно, надо поговорить, – сказал Байкер.

– Ты прямо весь светишься, – сказала спустя несколько часов Салли. – С тех самых пор, как вернулся.

Байкер кивнул. Он и сам это ощущал. Будто ритм барабана Ур‑вен‑ты проник в его кровь и его пульс бьется с ним в унисон. Как будто он до сих пор слышит тихую дробь барабана. Словно далекий стук копыт.

Объяснение с Такером и с остальными прошло куда легче, чем он ожидал. Намного легче по сравнению с тем, как оно начиналось до появления Ур‑вен‑ты. Приход шамана всех утихомирил, что было на руку Байкеру. Они обсудили то, что случилось с Мерсье, и объяснения Байкера были приняты мирно. Даже Гэннон и Шевье вели себя спокойно, хотя в глазах Шевье что‑то блеснуло. Но лицо Гэннона оставалось бесстрастным.

– Как ты напугал меня, когда уехал! Да еще так! – сказала Салли.

– Я и сам был напуган. Но надо же было что‑то делать. Нам еще повезло, что все пока так удачно складывается.

– Ты веришь, что старик вернется?

– Вернется, детка. Он из тех, кто не умеет обманывать.

– Не уверена, что можно так полагаться на него.

– Я чувствую здесь, – Байкер постучал себя по груди, – чувствую, что он – надежный. Чувствую так же, как про себя.

– Ну тогда, – сказала Салли, крепче прижимаясь к нему, – все будет в порядке!

– Я так и думал, что ты меня поймешь, – улыбнулся Байкер.

– Лучше бы ты перестал…

Такер поднял глаза от стола, на котором он разбирал и чистил свой пистолет.

– Почему? – спросил он.

Мэгги пожала плечами. На ней были рабочая рубашка и джинсы, которые подобрал ей Фред.

– Просто это напоминает мне все недавние ужасы, – сказала она, помедлив.

– Я не могу рисковать. Что, если пистолет не сработает в самый критический момент, – ответил Такер. – Сейчас рисковать нельзя! Ты же это понимаешь?

– Да, конечно. Прости меня! Просто я едва держусь.

– Все еще вспоминаешь, что было днем?

Мэгги кивнула.

– Да, меня тоже тревожит Гэннон, – сознался Такер. – Опасный он тип, и мне кажется, он стал нервничать. Следовательно, сделался еще более опасным. Боюсь я его и этого второго бандита, хриплого. Кстати, что‑то я давно их не видел, а ты?

– Тоже. И не желаю видеть.

– Ничего, как‑нибудь все обойдется.

Такер заглянул в дуло пистолета и удовлетворенно отложил в сторону тряпицу и ершик.

– Но как? – спросила Мэгги. – Мне чудится, в воздухе так и витает какая‑то тревога.

Такер кивнул:

– Да. Я тоже это чую. Потому‑то и начистил своего дружка. Кому‑то сегодня ночью несдобровать.

– Надеюсь, не нам, – прошептала Мэгги.

– Ну что, займемся тем, что надумали? – спросил Шевье. – Только у Байкера при себе волшебная палка.

– Так то у Байкера, а у Тэмса ее нет.

– Понятно.

Гэннон глянул в темноту за окном и нахмурился:

– Ты нашел, где нам его обрабатывать?

– Лучше всего в подвале.