– Так он заметен?

– Заметен, если присмотреться, – ответил Коллинз. – Так когда вы в последний раз им пользовались?

– Не помню! – пожал плечами Мэдисон. – На какой‑нибудь тренировочной стрельбе, наверное. Может, прошлой весной.

Коллинз одной рукой вытащил сигарету, бросил пачку на столик у кровати и потянулся достать зажигалку:

– Ну, и какой же у вас план действий, Уолли?

– Ладно! – вздохнул Мэдисон. – Хочу покараулить у Дома Тэмсонов. Прямо сегодня вечером и начну. Если понадобится, продежурю хоть до понедельника. Сегодня утром я заглянул к одному дружку, у него телемагазин, и одолжил видеокамеру. А у другого приятеля, в магазине фотопринадлежностей, взял напрокат парочку осветительных приборов. Сказал ему, что собираюсь вечером снять у себя в саду кое‑что занятное.

– И он вам поверил? – рассмеялся Коллинз.

– Попросил показать, что получится.

– Ясно. И что же вы со всем этим собираетесь делать?

– Разбить еще одно окно.

– Еще одно?.. Понятно. – Коллинз с минуту подумал. – Только наверху решат, что мы все это подстроили. Видели же вы, какие фото сейчас можно сфабриковать!

– Но наши‑то будут подлинные!

– Да, только как мы это докажем?

– Это просто начало, Дэн, – объяснил Мэдисон. – Вдруг нам повезет, и что‑то произойдет. Судя по тому, как с этим проектом все разворачивалось до сих пор, что‑нибудь еще он нам выдаст.

– Ну ладно! – Коллинз затушил очередную сигарету и сел. – Тогда выводите меня отсюда сейчас же!

– Мистер Уильямс! Вас! По второму каналу.

Майкл Уильямс отложил отчет и взял трубку:

– Уильямс слушает.

– Рад, что застал тебя, Майкл. Есть минутка?

Уильямс нахмурился, узнав голос Дж. Хью Уолтерса. Всеми уважаемый бизнесмен и политический советник. Покровитель искусств. Но кроме того, еще и собиратель скальпов, и Уильямса он держал мертвой хваткой.

Однажды Уильямс допустил промашку в первый и последний раз. Никто бы об этом и не узнал, если бы не случайность. Как это дошло до Уолтерса, Уильямс не представлял. Но, зная теперь, чего можно ждать от этого магната, Уильямс догадывался, что все происшедшее с ним тогда оказалось ловушкой. Однако исправить дело было уже не в его силах. Все! Уильямс не ушел в отставку и не бросил погоню за карьерой только потому, что Уолтерс никогда не требовал ничего значительного. Ничего, что поставило бы под угрозу государственную безопасность. Он обычно просил замолвить словечко там‑то, оказать услугу здесь.

– Я сейчас занимаюсь проектом, – сказал Уолтерс. – Как идет его отмена?

– Мы почти закончили.

– Прекрасно. И никакой утечки?

– Никакой.

– А что слышно насчет нашего неустрашимого инспектора Такера?

Уильямс до сих пор не мог понять, числится Такер на службе у Уолтерса или нет.

– Пока его все еще не нашли.

– Какая жалость! Такер отличный службист – украшение Королевской конной полиции. – Уолтерс помолчал, потом добавил: – Хотел тебя попросить о помощи еще в одном дельце, Майк.

– Все, что скажете.

Уильямс обещал себе, что в один прекрасный день он со всем этим покончит. Разоблачит Уолтерса, чего бы это ему ни стоило. Но сейчас время было неподходящее. Впрочем, будет ли оно когда‑нибудь подходящим, он сомневался.

– Речь идет об одном из моих помощников – о Филлипе Гэнноне, – сказал Уолтерс.

– Так что с ним?

– Похоже, я потерял его из виду.