Теперь ей все стало ясно. Кристина закрыла глаза, моля Бога подсказать ей, что делать. Она знала, что сейчас, когда Лайон пытался облегчить душу и раскрыть свои секреты, она ведет себя не так, как подобает хорошей жене. Но он выбрал такой странный момент, чтобы поделиться с ней своими тревогами! И хотя это было эгоистично, ей хотелось, чтобы он сначала помог ей.

Когда Кристина закрыла глаза, Лайон почувствовал себя так, словно ему в сердце вонзили нож.

– Дорогая моя! Я был военным. Я делал то, что должен был…

Она наконец посмотрела ему в глаза, и взгляд ее был полон нежности.

Он был слишком потрясен и не смог вымолвить ни слова.

– Ты воин, Лайон. Но ты мягок и полон любви. Ты не убил бы никого, если бы тебе не бросили вызов. Нет, ты преследуешь только шакалов.

Он ничего не понимал.

– Тогда зачем ты приехала в Лондон?..

– Ты должен помочь мне узнать правду, – ответила Кристина.

– Я и пытаюсь сказать тебе правду. – Его голос сорвался.

Кристина покачала головой:

– Как ты можешь так говорить, даже не прочитав второго письма?

– Прошу простить, что я, старик, вмешиваюсь, но…

– В чем дело? – рявкнул Лайон.

– Кто этот человек? спросила Кристина.

– Фентон Ричардс.

Кристине было знакомо это имя. Она нахмурилась, взглянула на гостя Лайона и сказала:

– Лайон не может снова работать у вас. Я считаю, что нога его еще недостаточно зажила. Могут пройти годы, прежде чем он окончательно выздоровеет.

– Кристина, откуда ты знаешь о Ричардсе?

– От Рона. И потом, по ночам ты иногда говоришь во сне. Я не собиралась упоминать об этом в присутствии постороннего, но…

– О черт! – пробормотал Лайон.

– О мой Бог! – прошептал Ричардс.

– Не тревожьтесь, сэр, – сказала Кристина Ричардсу. – Я сохраню его секреты.

Ричардс долго и пристально смотрел на нее, потом медленно кивнул:

– Я вам верю.

– Откуда ты узнала о моей ноге? – спросил Лайон, вновь завладев вниманием Кристины. – Я не жаловался. И она зажила, черт возьми. Рон?..

– Во время нашей первой встречи я сразу поняла, что тебе больно. Я увидела эту боль в твоих глазах. И ты все время опирался на каминную полку. Это еще один признак. Позднее я действительно расспросила Рона, и он признался, что ты повредил колено. И оно не зажило, – добавила она, поспешно взглянув в сторону Ричардса.

Ричардс спрятал улыбку. Жена Лайона была чаровницей.

– Мне кажется, вы говорите о разных вещах, – заметил он. – Лайон, я думаю, что твоя жена расстроена вовсе не письмом тети. Причина в другом, не так ли, моя дорогая?

– Да, – кивнула Кристина. – Графиня переслала мне письмо от моего близкого друга. Конверт надписан его рукой, в этом я уверена, и почерк в письме кажется таким же, но…

– Но ты так не думаешь.