– Да, – мрачно подтвердил Росс, в его сузившихся глазах отразились все самые страшные опасения Меган.

– Я ничего не понимаю, – сказала она, хотя все поняла и зажала ладонью рот, чтобы не застонать. – Эти вещи не предназначены для торговли. Они не похожи на те, что чинят мастера в деревне.

– Именно так. – В неверном пламени факела суровое, решительное лицо Росса то освещалось, то оказывалось в тени. – Это добыча, награбленная злодеями, которые топят корабли. Готов прозакладывать свою голову.

– Нет! – Стон застрял у Меган в горле, на глаза навернулись слезы. – Отец этого не делал.

Росс недоверчиво хмыкнул, и у Меган оборвалось сердце.

– Что вы собираетесь предпринять? – спросила она и в его яростно сверкнувших голубых глазах прочитала ответ: «Доказать вину вашего отца». – Нет. – Она повернулась и, спотыкаясь, пошла к проему в стене.

Росс догнал Меган у самого выхода и подхватил так, что ноги у нее повисли в воздухе. Она с трудом могла дышать, но тем не менее сопротивлялась. Стукнула его пяткой по голени, а острый локоток вонзился ему в ребра. Он охнул.

– Ведьма, – прохрипел он ей в ухо. Поймав обе ее руки, он плотно прижал ее к себе.

Меган боялась не за себя. Она должна увидеть отца и добраться до истины. Отец невиновен. Этого не может быть. Отчаяние придало ей сил, и она всячески старалась вырваться из рук Росса. Но это было все равно, что бороться с горой.

– Отпустите меня, или я закричу. Клянусь, что я… – Ему удалось широкой ладонью закрыть ей рот, что, однако, не лишило ее решимости. Она вцепилась в ладонь зубами.

– Черт тебя побери! – Росс стиснул зубы от боли. Большим и указательным пальцами он нажал ей на челюсти, чтобы разжать их. Она на секунду раскрыла рот, затем снова укусила его. Чертыхаясь, Росс схватил ее за плечи и повернул лицом к себе. – Хватит! – Он слегка тряхнул ее, стараясь не обращать внимания на слезы, стоявшие в этих прекрасных глазах. – Подумайте, что случится, если вы выбежите сейчас отсюда.

Чудо из чудес, но она успокоилась. Он словно читал ее мысли, написанные на выразительном лице. Потрясение. Гнев. Страх. Но, как он догадался, не за себя, а за отца, не стоящего этого. Из глубины ее души вырвался вздох, полный печали и боли.

– Я… должна повидать его, – слабым голосом вымолвила Меган. – Должна узнать правду. – Она посмотрела на сокровища, заполнявшие пещеру. Сил бороться у нее не осталось, и она поникла у него в руках.

Ах, Меган. Если бы только он мог не втягивать ее во все это!

Затем она овладела собой, распрямила плечи и снова сделалась прежней Меган. Подняв к нему глаза, в которых смешались горе и решимость, она сказала:

– Папа не виноват в этом. Пока он был с Филис, матросы превратили честную торговлю в греховное дело.

– Ну и упрямы же вы! – Росс ценил верность, но ее верность превосходила все разумные пределы. – Никто из матросов не имеет власти совершить такое.

– Тогда это Дуглас или Арчи. Или Комин. Ну да, ведь Комин первым привел сюда корабль Дугласа.

– Вы столь же упорны в ненависти, как и в верности. Комин почти всегда находится в Шур-Мора. Вам он не нравится, но это не причина, чтобы сгоряча обвинять его.

– Вы не видите, какой он злой… – Он отверг меня, когда я лежала умирающая, кричало у нее внутри. – Он косоглазый, а такие люди прирожденные воры.

– Глупое суеверие. Но чем стоять здесь и спорить, лучше постараться узнать правду. Не будем ничего трогать, закроем пещеру, вернемся в замок как ни в чем не бывало.