– Это сделал Нож? – в смятении прошептала Джулиана.

– Один из его наемников. Это долгая история. – Коул покачал головой. – Что ты помнишь?

Джулиана попыталась выудить из памяти события, которые сейчас казались очень далекими. Ее передернуло, когда она вспомнила бесконечные вопросы и побои, которым подверглась.

– Это ты вытащил меня оттуда, да? – тихо спросила она. Владевшая ею паника начала ослабевать. – Я думала, это сон…

– Ничего себе сон. – У Коула на скулах заиграли желваки. – Мне пришлось пристрелить их, ангел мой… – донесся до Джулианы его тихий голос.

– Итак, ты вернулся за мной. Зачем?

Коул пронзил ее взглядом. После бегства из Платтсвилла он смыл с нее кровь, перевязал, уложил в кровать. Это было два дня назад, а она все еще выглядит смертельно бледной и изможденной, она все еще полна тоски и грусти. Ему захотелось сказать ей, что он с самого начала намеревался вернуться за ней и не оставлять во власти Люциуса Дейна. Но почему-то он не отважился на признание. Видимо, побоялся, что раскроется перед ней, а она неправильно истолкует его слова.

Коул вновь призвал себя к спокойствию и твердости духа.

– В Платтсвилле я искал ответы на кое-какие вопросы и угодил в ловушку. Я слишком поздно обнаружил, что Нож с ребятами отправились за тобой. Я втянул тебя в это дело, значит, именно я и должен был тебя вызволить из тюрьмы.

Долг. Вот что руководило им. Своеобразный кодекс чести. Нужно быть благодарной ему, сказала себе Джулиана, но она ждала от него чего-то другого. Хотя не знала, чего именно. Девушка подавила непрошеные слезы. Солнечный луч упал на его рану с запекшейся по краям кровью. Она четко выделялась на фоне загорелой кожи.

Джулиана почувствовала слабость и сглотнула.

– Когда… сколько мы здесь находимся?

– Два дня.

– Два дня! – Джулиана устремила на Коула недоверчивый взгляд, решив, что он шутит.

– Однажды моя сестра читала сборник сказок – дед специально посылал за ним в Бостон. Там была сказка о девушке по имени Спящая Красавица. Я вспомнил ее, когда увидел тебя в кровати: ты лежала точно так же, как та девушка на картинках. – Улыбка осветила его лицо. – Однако, насколько я помню, она была ласковой и послушной и не ввязывалась во всякие неприятности.

Коул улыбнулся Джулиане, и она потонула в бездонной глубине его глаз. До нее не сразу дошел смысл его слов.

– У тебя есть сестра? – изумленно проговорила она.

И тут же пожалела о сказанном, потому что его улыбка исчезла, лицо снова стало замкнутым, а сам он отодвинулся от нее. Тайны. Этот человек полон тайн, и у него нет желания открыть их ей. Словно в подтверждение ее догадки, Коул повернулся к ней спиной и подошел к окну.

– Мы сейчас говорим не обо мне, а о тебе. Вам, мисс Монтгомери, придется ответить на кое-какие вопросы.

Джулиане казалось, будто Коул заполняет собой все помещение – настолько он был крупным и мускулистым. Из окна, которое скорее напоминало щель в бревенчатой стене, открывался вид на окутанные дымкой горы и голубое небо.

«Райский уголок» – так он сказал. Джулиане захотелось выйти на свежий воздух. После тесноты полицейского участка ее тянуло к бескрайним просторам. Однако она снова стала пленницей Роудона. Джулиана почувствовала усталость. Она-то надеялась… На что она надеялась? Глупо даже анализировать ее чувства.

– Я уже рассказала тебе все, что знаю.