Граф был сегодня очень доволен собой, и его улыбка стала шире, когда он увидел, что Тео

на этот раз постаралась и на ней было довольно модное темно-голубое платье под цвет ее глаз. Волосы не висели сзади неизменной косой, а были уложены двумя красивыми завитками.

— Сударыня. — Граф отвесил поклон леди Белмонт. — Кузины… Надеюсь, вы хорошо провели время?

— Вовсе нет, — откликнулась Рози. — Я потеряла стрекозу, которую пыталась поймать, и порвала сачок о ветку дерева.

— О, как это печально, Рози!

Девочка обычно не присутствовала за вечерней трапезой, но поскольку на ней было накрахмаленное муслиновое платье с широким поясом, в волосы тщательно вплетена бархатная лента, а лицо и руки казались необычайно чистыми, граф решил, что Рози присоединится к ним за обеденным столом.

— Да, это очень огорчительно, — проговорила Рози, прихлебывая лимонад. — А вы что сегодня делали?

— О, я сделал несколько интересных покупок, и вот одна из них, — ответил граф, доставая из кармана маленькую коробочку. — Кузина!..

Он подошел к Тео и взял ее за левую руку.

— Разрешите.

Тео уставилась на свой палец, на который граф нанизал изящное колечко с бриллиантом, оправленным жемчугом. Оно было изысканно простым, и выбиравший его должен был знать о ее вкусах больше, чем Тео это предполагала.

Она взглянула на графа, в его глазах читался вопрос и некоторая неуверенность. Он хотел, чтобы его выбор понравился.

— Очень мило, — проговорила Тео.

Граф поцеловал ее руку, а затем, увидев, что она в растерянности от проявленного им внимания, наклонился и чмокнул ее в кончик носа.

— Оглашение имен вступающих в брак будет в церкви каждое воскресенье в течение трех недель, а в следующий за этим понедельник мы обвенчаемся.

Глава 9

Солнце Испании терзало своими лучами, словно орлиными когтями, землю сарагосской пустыни. Эдвард Ферфакс вытер лицо грязным платком и нырнул в прохладный полумрак каменного строения, где расположился штаб батальона.

— Снаружи жарко, как в аду, — заявил он, входя. Разомлевшие от жары люди сидели на шатких стульях, составлявших всю обстановку единственного помещения в здании. Все воротнички на красных мундирах были расстегнуты.

— У пикетчиков вот-вот случится тепловой удар. Бедняги!

— Меняйте их каждые два часа, лейтенант, — раздался голос из самого темного угла.

— Слушаюсь, сэр. — Эдвард поклонился в сторону полковника, расстегивая воротник, перед тем как поднести к губам медный кувшин. Холодная вода смочила его пересохшее горло и смыла налипшую на языке пыль пустыни.

— Сегодня пришла почта, — проговорил бородатый мужчина, лениво указав на стол, где лежала стопка писем и газет. Рука его сразу же опять упала на колени, словно это простое движение стоило ему последних сил.

Эдвард перебрал стопку писем. Он ждал письма от Эмили или, еще лучше, от Тео. Не то чтобы ему не доставляли удовольствия послания его нареченной — они были теплыми и нежными, но то, что писала ему Тео, было полно сведений, которых он жаждал: о земле, людях, обо всем, что происходит в имении. К тому же письма Тео всегда были забавны. Казалось, она знала, что солдатам Веллингтона, второе лето изнывающим на Пиренейском полуострове, всегда необходима улыбка.

Однако письмо его матери содержало потрясающую информацию.

— Боже мой! — только и сказал он.

— Надеюсь, новости неплохие?

— Не знаю, что и сказать. — Он нахмурился и перечитал этот кусок. — Младшая сестра моей нареченной помолвлена с новым графом Стоунриджем. Все это так неожиданно…

— Стоунридж? — Тучный капитан встал, застегивая свой китель.