– Дани, я не планирую взять вас силой прямо посреди магазина.

– Ясно. – В ее тоне слышалось разочарование.

– Элиот приехал. Он хочет, чтобы вы взглянули на одну вещь, – сказал он, но, не удержавшись, склонился к ней и быстро поцеловал в губы. Элиот может подождать еще пару секунд.

Она встала на цыпочки и поцеловала его в ответ. Он обвил ее руками за талию, и оба мгновенно воспламенились, но несколько мгновений спустя он, ошарашенный, обреченный, едва не лишившийся разума, уже выпустил ее из объятий и вытер ладонью рот, проверяя, не осталось ли на губах ее помады.

– Мне нужно, чтобы ты делал это всякий раз, когда увидишь меня, – сказала он и вложила ладонь в его руку. – Начиная с сегодняшнего дня.

– Хорошо, – ответил он. Да, Дани. Хорошо, Дани. Все, что попросишь, Дани.

– И другими вещами мы тоже займемся? – шепнула она, пока он вел ее за собой по коридору, к задней двери.

– Вряд ли я способен тебе отказать, – пробормотал он.

Мэлоун провел Дани в конюшню, где их встретил Элиот: он с надеждой смотрел на них, сунув руки в карманы. Пальто он вывернул наизнанку и набросил на старый манекен, чтобы Дани не пришлось его держать.

– Элиот, – поприветствовала его Дани.

– Дани.

– Что это? – спросила она, указывая на расшатанный от старости манекен.

– Мне нужно, чтобы вы рассказали мне обо всем, что заметите на этом пальто. Возможно, это будет не слишком приятно, – коротко пояснил он, и она кивнула ему в знак согласия.

Она не стала спрашивать, кому принадлежало пальто или откуда оно взялось у Элиота, и ни словом не обмолвилась, уловив шедший от пальто отвратительный запах, но лишь брезгливо сморщила нос и мило поджала губы. Она подошла прямо к манекену. Мэлоун последовал за ней.

– Я встану прямо у вас за спиной. Но прошу, действуйте медленно. Осторожно. Договорились? – коротко проинструктировал он.

Она распрямила ладони, растопырила пальцы и провела ими по полам пальто, от подола до плеч.

– Это пальто человека по имени Фрэнсис Суини, – тут же сообщила она.

Мэлоун не сказал ей ни о Фрэнсисе Суини, ни о подозрениях Элиота. Он даже имени Суини не произносил и потому рассудил, что к этому выводу она явно пришла сама. Элиот шумно выдохнул, а у Мэлоуна внутри все скрутило.

– Да. Так и есть, – подтвердил он. – Но кто такой этот Фрэнсис Суини?

Дани прижала ладони к ткани, но пальцы ее беспрерывно сгибались и разгибались, словно она перебирала струны арфы.

– Он сам не знает, – ответила она. – Иногда он вообще не помнит. Ему нравится имя Фрэнк. Обычно его называют Фрэнком. Доктором Фрэнком.

Она опустила руки и отошла, прижалась к Мэлоуну.

– Больше не сможете? – спросил он.

– Мне просто нужно… сделать перерыв, – прошептала она.

– Дани, это тот самый доктор Фрэнк? – спросил Элиот. Ему не нужно было объяснять ей, кого он имел в виду.

Она снова принялась водить пальцами по материи. И через мгновение согласно кивнула:

– Да, это он. Я видела его на пальто Фло и на носках Андрасси. И на тех шторах. Тот же холод… и та же пустота.

– Дани, вы знаете имя Фрэнсиса Суини? – спросил Мэлоун. – Вы с ним раньше встречались?

– Не могу вспомнить. Имя кажется мне знакомым. В гардеробной на балу миссис Суини упоминала какого-то Фрэнсиса. Он как-то с ней связан?

– Да, связан, – мрачно ответил Элиот. – Не думаю, что мне следует вам объяснять, насколько это усложняет наше расследование.

Она кивнула, но Мэлоун не был уверен, что она и правда все поняла. Сейчас она вся сосредоточилась на материи.