– Если бы вы позволили мне войти, я бы рассказал, зачем пришел, – предложил он, на что она ответила ему презрительным взглядом.

– Выкладывайте, зачем пришли, и убирайтесь, – холодно потребовала девушка. – Вы не относитесь к тем людям, чье общество мне приятно и с которыми мне нравится поболтать! Вы же способны только отдавать приказы – как истинный потомок колонизаторов!

Алису удивило, как перекосилась от ее слов физиономия Лукаса. Прищурив глаза, он посмотрел на нее, размышляя.

– Вы не единственная женщина в моей стране, знающая об этом, – заверил он ее. – Но вы слишком агрессивны и упрямы. Вы постоянно рветесь в бой. Вы желаете видеть всех мужчин у ваших ног, покорных вашей воле. – Он сардонически усмехнулся, когда девушка буквально испепелила его взглядом. – Но, – также невозмутимо продолжил Лукас, – я пришел именно к вам, чтобы просить о благосклонности.

Алиса на секунду застыла в изумлении с открытым ртом, кипя от ярости. Такой наглости она еще в жизни не слышала.

– Забудьте об этом и убирайтесь, пока я вас не убила, – раздраженно прокричала она. – Да после прошлой ночи я и пальцем не пошевелю, даже если вы соберетесь плыть на дырявой калоше по стремнинам.

На мгновение он вышел из себя, сверкнув блестящими от ярости глазами, но быстро успокоился, и лицо его вновь стало бесстрастным.

– Я признаю, что слишком опрометчиво поступил этой ночью и наговорил лишнего, – холодно допустил он. – Но я не знал тогда того, что знаю сейчас. Мы нуждаемся в ваших услугах, сеньорита, и я надеюсь, вы не откажете в моей просьбе.

– В каких именно услугах? – гневно поинтересовалась она. – Не вы ли ночью говорили, что я совершенно бесполезна? Неужели ваше мнение так быстро изменилось?

– Я неверно судил о вас, по крайней мере с этой стороны, – сдержанно выдавил он. – Но вы были слишком нелепы в мужском костюме.

– Только в таком виде я могла участвовать в экспедиции, – прервала она его. – И этот маскарад не доставлял мне никакого удовольствия.

– Но вы можете и так идти с нами, – с изрядной долей надменного великодушия сказал Лукас. – Если вы только пожелаете, вы можете идти в горы с нами, все будут очень рады этому.

– А что случилось? – широко раскрыв глаза, изумилась Алиса, не понимая, почему он вдруг уступил и так вежливо разговаривает с ней.

– Доктор Гарсиа заболел. Нам необходим врач. Без его участия экспедиция не состоится. Вы же почти врач. И вы нам подходите.

– О! – торжествующе воскликнула Алиса. – Значит, теперь, сеньор Санчес, когда вы находитесь в безвыходном положении, и я могу на что-то сгодиться? Сейчас для вас не имеет значения, что я женщина, безответственная и представляющая собой ходячий клад для грабителей? Сейчас вы готовы отступить от своего правила и взять меня в экспедицию. Ну так вот, ищите себе другого врача, поскольку я собираюсь последовать вашему же приказу и отправиться домой. Я пойду в горы только при одном условии: вас там не будет и начальником экспедиции назначат кого-нибудь другого, поскольку с вами я бы не рискнула пройти даже по освещенной улице!

Прокричав это, Алиса захлопнула дверь прямо перед Лукасом Санчесом. Ее колотило от ярости и негодования. Никогда в жизни она не чувствовала себя таким ничтожеством.

Лукас ненавидит всех женщин, а ее в особенности. Так оскорблять ее, назвать обманщицей, а когда потребовалась ее помощь, как ни в чем не бывало прийти к ней и надменно заявить, что она может участвовать в экспедиции, поскольку она им, видите ли, подходит! Другими словами, он готов мириться с ее присутствием, раз все равно некому нести медицинский саквояж и раздавать аспирин.