|
Каждый строил свой участок, соединявшийся потом с другими. Ценой множества жизней появилась целая сеть каменных дорог, сравнимая разве что только с римскими дорогами. Всего инки выложили каменных дорог общей протяженностью в десять тысяч миль, причем этими дорогами можно было пользоваться в любую погоду. Одна дорога спускалась до Перу, а Великая Императорская дорога проходила через Эквадор, Перу, Боливию, Аргентину и Чили. Императорская дорога длиной в три тысячи двести пятьдесят миль длиннее, чем любая римская дорога. Одновременно была построена и система коммуникаций.
– И все это можно увидеть в горах? – поинтересовалась Алиса, глядя на Люка блестящими от любопытства глазами. – То есть, я имела в виду, пока мы будем идти, мы сможем посмотреть на эти дороги?
– Да. Ответвления от главной дороги проходят почти через каждую долину, в некоторых местах построены мосты через ущелья и реки. Но до сих пор мы не знаем, насколько высоко вверх проложены дороги. Я думаю, где-то высоко в горах у инков был какой-нибудь важный объект – может быть, храм или рудник, – и дорога должна привести к нему. То, что я увидел с воздуха, вполне может быть остатками этой самой дороги. По крайней мере давайте надеяться на это. Что-нибудь мы обязательно обнаружим.
Слушать Люка было интересно, и Алиса полностью обратилась в слух. Казалось, история этих мест ожила. Ей вдруг захотелось не только побывать в красивых и величавых горах, не просто увидеть все то, о чем ей столько рассказывал дядя Билл, а испытать трепет перед Андами, теми Андами, в которые были так страстно влюблены и дядя, и Люк Санчес. Алису сейчас тоже захватил их азарт. Не азарт охотников за сокровищами, а страсть археолога, стремящегося приоткрыть завесу над прошлым.
– Я рад, что вы отдали должное еде, пока она совсем не остыла, хотя холодным рагу вы бы уж точно не обожглись, – пророкотал над Алисой Люк Санчес, и девушка вдруг поняла, что он уже закончил рассказывать, а она, очарованная звуком его голоса и повествованием, сидит, мечтательно глядя в небо.
Его лицо внезапно осветилось улыбкой, и она, быстро опустив голову, уставилась в пустую миску.
– Спасибо вам за чудесный рассказ, – поблагодарила она. – Вы ведь говорили для меня одной. Все остальные, наверно, уже знают обо всем этом.
– Desde luego все остальные не прочь послушать еще раз, хотя знают об этом. Восхищение Андами стало их образом жизни. Так что не беспокойтесь, не один ваш дядя «сумасшедший»; а ведь именно таким вы его считаете.
Алиса опустила голову, чтобы он не увидел мелькнувшей в ее глазах ярости, но Люк уже шел к костру. У него была упругая походка, с широким шагом. Он похож на сильного, свирепого зверя, подумала девушка, сердито глядя ему вслед. В ответ на благодарность за интересный рассказ он грубо оскорбил ее, в самом деле напоминая безжалостного зверя. По всей видимости, Люк Санчес был дружелюбен с ней лишь затем, чтобы она расслабилась и тогда бы он смог побольнее поддеть ее. Несомненно, и та небольшая остановка в пути тоже должна была помочь ей расслабиться, чтобы потом, забыв обо всем, рассказать ему о своих проблемах с дядей Биллом.
Внезапно послышались какие-то странные звуки, и со стороны деревушки, мимо которой они проезжали, показался мул в очень яркой сбруе, что было характерно для здешних мест. За первым мулом брели еще три, и Алиса решила, что наконец прибыли проводники. Они шли пешком с черепашьей скоростью, и Алисе пришло в голову, что если они и в дальнейшем будут тащиться с такой скоростью, то только задержат экспедицию. Если она окажется права, то часть сарказма сеньора Санчеса, до сих пор направленного только на нее, перейдет на них.
Проводники оказались людьми очень небольшого роста, ниже всех присутствующих. Рядом с Люком они вообще казались карликами, и даже дядя Билл, никогда не считавшийся высоким, был выше их. |