— Знаю, — нетерпеливо перебил ее Ральф, она говорила совсем не то. — При чем тут это?

— Потом он два дня провел в постели, — продолжала она, как бы не слыша замечания пасынка. — Я позвонила доктору. Он сказал, что это простуда, переутомление, выписал витамины, посоветовал просто отлежаться и провести неделю дома.

— И что?!

— В тот день он спал в саду. Я считала, что он идет на поправку. Но он не проснулся… — Последние слова она почти шептала.

— И все?! — поднял брови Ральф. — Это все, что ты можешь мне сказать?

— Все, — просто ответила она и укоризненно посмотрела на Ральфа. — Это все, что знаю я. Остальное сказали врачи. Окончательный диагноз — обширный инсульт…

— С какой стати? — спросил Ральф. — У него были проблемы с давлением?

— Нет… Никогда, — покачала она головой. — Ты же знаешь, что он никогда не жаловался на здоровье…

— Это-то меня и удивляет. — Он пытался скрыть раздражение, но ему это мало удавалось. — Отец был потрясающе здоровым человеком. Может быть, он что-то скрывал?

— Как можно скрыть что-то от женщины, которая спит с мужчиной каждую ночь рядом? — удивленно вскинула она голову.

Ральф понял, что лицо его заливает краска. Она так спокойно говорила о своей близости с отцом, что в нем зашевелилась ревность, с которой он боролся столько лет. Он даже не понимал сейчас, какого рода была эта ревность. Что ранит его больше? Ее любовь к отцу или любовь отца к ней, которая вытеснила сына из его сердца. Стоп! Он не для этого приехал сейчас. Есть проблема куда более важная…

— Значит, ты не замечала ничего особенного? — как можно более спокойно спросил он.

— Нет. Он был чем-то расстроен последнее время, но здоров. Небольшая простуда… Только и всего…

— Да… — протянул Ральф, — небольшая простуда.

— Ты можешь поговорить с доктором, — тихо сказала она. — Я сама ничего не понимаю.

— Поговорю, — кивнул Ральф, понимая, что требовать чего-то от женщины, которая потеряла мужа, сейчас бесполезно. По ее лицу было видно, что она подавлена.

У них не общее горе, а у каждого свое. И ему надо постараться не обвинять ее, а просто разобраться и принять факты. Отец был слишком жизнелюбив и вполне мог скрывать свои проблемы.

— Во сколько я должен быть готов? — спросил он, заканчивая разговор.

— Через два часа. Базиль пригласит тебя. Я не буду тебе мешать…

Ты мешала мне эти пятнадцать лет, хотелось крикнуть ему в это прекрасное лицо, ты погубила мое сердце, ты разлучила меня с отцом!.. Но он только криво улыбнулся, кивнул и отправился в свою комнату ждать свидания с последним родным человеком на этой земле.

— Лиз! — услышал Ральф голос, который меньше всего ожидал услышать в этом доме. Как, однако, далеко зашли их отношения, если брат отца позволяет себе называть ее так.

— Лиз, куда ты запропастилась? Я жду уже полчаса, — продолжал настаивать Хью Грин, младший брат почившего в бозе хозяина дома. — Ты не говорила, что уйдешь так надолго…

Ральф увидел сначала только носки его ботинок. Они лениво передвигались со ступеньки на ступеньку. Он, видимо, решил спуститься и проверить, чем занимается его прекрасная невестка.