Изменить размер шрифта - +
Она растерянно потирала руки. — Я… я просто хотела найти вас… поговорить… — Пета говорила отрывисто, задыхаясь.

Мет увидел, что она накинула, не застегнув, свой кожаный жакет. Перчатки Пета сжимала в руке. Очевидно, она собралась пойти вместе с ним на край света. Очень любопытно.

— Рискуете, Пета? А если после нашей беседы я вас съем, как Серый Волк Красную Шапочку?

Пета потерянно смотрела на него.

— Простите, — выдохнула она. — Вы, наверное, считаете, что на меня не стоит тратить время, но… я искренне сожалею о том, что сказала за ужином.

Сожалеет о том, что упустила свой шанс? Птичка, несущая золотые яйца, выскользнула из рук? Слишком поздно, леди, мрачно подумал Мет. Пета Келли показала свое истинное лицо, и это лицо ему не понравилось. Он больше не хотел ее видеть.

— Мы всего лишь обменялись мнениями, — ответил Мет, проигнорировав извинение.

— Но мы могли заблуждаться! — с болью откликнулась она.

Мет задумался. Она сказала «мы». Пета в самом деле расстроена или придумала другой план?

— Можно я пойду с вами? — спросила она.

Истинное лицо проявилось. Он не дурак. Если Пета хочет задобрить его словами раскаяния и потом снова начать словесную баталию, ее ждет сильное разочарование. Она наглотается досыта. Собственного яда.

Мет безразлично пожал плечами.

— У нас свободная страна. Каждый идет куда хочет и с кем хочет. Хотя, если вы собираетесь меня сопровождать, должен предупредить, что целью моей прогулки является местный паб. Где я намерен задержаться. — Из-за нее он не собирался менять планы на вечер. — И мне плевать, назовете вы это нарушением правил или нет, — прибавил Мет, презрительно посмотрев на нее.

Пета глубоко вздохнула и кивнула:

— Хватит играть по правилам!

Мет разозлился: она еще говорит об игре по правилам! Он быстро пошел по обочине дороги. Догонит, если захочет. Ее не приглашали. Он не хотел, чтобы Пета снова дразнила его, путалась под ногами и строила коварные планы. Конечно, теперь она жалеет, что отказалась от его предложения. В конце концов, Мет неплохая добыча. Пусть и уснет со своими сожалениями! Ему не нужна женщина, которая не видит вещи в их истинном свете.

— Правда, простите, что я вас так ранила…

Тихая мольба Петы ужалила его как пчела. Он остановился, пытаясь разглядеть в полутьме лицо девушки.

— Но я же не истекаю кровью, — съязвил он.

— А мне очень больно, — тихо сказала Пета. — И очень стыдно за свои слова, Мет.

Она говорила с такой искренностью, что сердце его дрогнуло.

— Не хотите объяснить причину этого поступка? — спросил Мет, удивляясь сам себе: ведь он решил не вступать с Петой в какие-либо дебаты. Но больше он ничего не спросит. Примет ее извинения, и разговор окончен.

Пета сморщилась, как от боли и, опустив голову, продолжала идти рядом с ним. Молча. Наверное, решала, что придумать в оправдание. Мет замедлил шаг, приноравливаясь к ее темпу. Немного сострадания он мог себе позволить. Может, ей действительно было больно.

— Вы были правы днем, — она тяжело вздохнула, — я вымещала на вас злость на моего бывшего друга. Вы с ним очень похожи.

Мет стиснул зубы. Ничего себе! Приятно слышать. Он, оказывается, похож на какого-то проходимца! И, более того, должен отвечать за его грехи.

— Он был женат, и скрывал это от меня. Я узнала только две недели назад. Целых два года я и не подозревала… — Пета перевела дыхание и прерывисто вздохнула. — И не просто женат — у него трое детей, — печально сказала она.

Быстрый переход