Длинноногая длинноволосая красотка метнула на Трейси гневный взгляд и выскочила из магазина. Вслед за ней направилась к выходу хорошенькая блондинка, наградив перед этим владелицу магазина понимающим взглядом. Трейси удивляло, насколько хорошо женщины знали Энтони. Не надо было обладать хорошей интуицией, чтобы понять, что они будут ждать своей очереди.

— Я прикрою твою спину сегодня, дорогая, — сказала Камилла. — Жаль, что не могу остаться, мне надо вернуться в свой магазин, а то моя работница съест всю ежевику.

После ухода подруги Трейси почувствовала себя голой. Люди — совершенно незнакомые и те, кого она знала всю жизнь, — беззастенчиво пялились на нее. Присущее Трейси самообладание исчезло куда-то. Трейси не знала, каким образом сумеет выйти из этой очень неловкой ситуации и вернуться к привычной легкой атмосфере обычного рабочего дня.

Дыши глубже, приказала она себе, сохраняй спокойствие. Думай о книгах, только о книгах. Это твой магазин, твой дом, твое убежище.

Постепенно Трейси успокоилась и перестала думать о паническом бегстве. Магазин был ее царством, и она любила его. На губах Трейси заиграла приятная улыбка. Она направилась к только что вошедшей покупательнице, которая, судя по ее растерянному лицу, нуждалась в совете. Но на полпути Трейси остановил чей-то натужный кашель.

— Трейси?

Это был Шон, его голос напоминал нечто среднее между шепотом и скрипом двери. Лицо у него было красным.

Трейси послала ему сочувственную улыбку. Она слишком хорошо знала боль смущения.

— Тебе нужна помощь, Шон?

Он кивнул, затем яростно помотал головой.

— Да. Нет. Не совсем. Можно тебя отвлечь на минуту?

— Разумеется. — Трейси выжидающе посмотрела на него. — Тебе нужна какая-то книга?

— Могу я поговорить с тобой наедине? — Шон понизил голос до шипящего шепота.

У него был такой вид, будто он только что сморозил глупость и понял это. На самом деле Шон не сделал ничего дурного. Трейси стало жаль его, и она медленно кивнула.

— Конечно. Давай пройдем в мой офис, — предложила она.

Она провела его в комнату, куда, кроме нее, редко кто заходил. Трейси вдруг вспомнила, что здесь Энтони поцеловал ее в первый раз. Она споткнулась, и Шон отскочил в сторону, чтобы не наткнуться на нее.

— Извини, — сказала Трейси.

— Ничего, — Шон улыбнулся, — со мной тоже такое случается.

Трейси хотела спросить, что ему нужно, и тем самым облегчить Шону задачу, но он внезапно засуетился.

— Ты не сходишь со мной в кино в эту пятницу? Если ты не хочешь, я пойму, — торопливо добавил Шон.

Трейси смотрела на этого болезненно тихого, застенчивого парня, которого знала всю жизнь, и думала, сколько ему понадобилось мужества, чтобы задать этот простой вопрос. Шон, несомненно, хороший человек. Она говорила Энтони, что ищет именно такого. Это тот мужчина, с которым ей надо познакомиться поближе. Но…

Но ни одна струна в ее сердце не трепетала. А Энтони — это нереально. Он такой же достойный человек, как Шон, но он совершенно недоступен для нее. Он напоминал звезды, которые очаровывают, но дотянуться до них невозможно. Непостоянный мужчина, может, даже немного пресыщенный. Ради разнообразия занимается здесь удобной благотворительностью. В этом нет ничего плохого, конечно, вот только Трейси хотелось…

Она тряхнула головой, отгоняя появившуюся мысль.

— Я вижу, тебе не хочется идти в кино. Ладно, извини. — Шон повернулся, чтобы уйти.

Разве не говорила я Энтони, что хочу иметь примерно такого мужа? — подстегнула себя Трейси. Что я за женщина — колеблюсь, когда желаемое само плывет в руки? Все это устроил Энтони.