Герберт угрюмо раздумывал об убожестве своей комнатушки. Впрочем, на то были свои причины. Он тщательно скрывал от всех, что в городке милях в десяти от Равенслофта у него жила зазноба, и уж ее-то нарядный домик мог похвастаться и изяществом, и изобилием.

— Ты вроде бы говорил, будто он хозяйством не интересуется, — напомнил Герберт бесившемуся от злости Ричарду. — Что ты, мол, позаботился о том, чтобы его не потянуло в дальние имения. Что будет, если он захочет проверить записи доходов и расходов?

— Мне и в голову не приходило, что он пожелает этим заняться, идиот! — проворчал Ричард. Громко хлопнув крышкой сундука, из которого доставал дорожную одежду, он сердито уставился на брата. — Разве я мог такое предположить? Он же ни разу туда не ездил! Это все она, — пробормотал он и присел на сундук. — Его ненаглядная женушка. Стерва! Гарпия!

— Тогда почему ты винишь ее в том, что…

— Да потому, болван, ведь это она довела его до того, что он решил сбежать из дома! — Ричард с размаху хлопнул по сундуку и вскочил. — Почему, как ты думаешь, он выглядит так, словно уже которую ночь не высыпается, а? — поинтересовался он и начал расхаживать по комнате. — С чего это ему вдруг взбрело в голову уехать? Держу пари, она не слишком-то ласкова с ним!

— Но ты же говорил, что нам нечего бояться!

— Да, она не представляет для нас опасности, но… Нет, не могу придумать иного объяснения! — воскликнул Ричард. — Откуда мне было знать, что он предпочтет заняться делами, а не тешиться с молодой женой дома? Хоть бы она убралась на тот свет!

— Ричард!

— А что? Она и так уже захворала. Выходя из-за стола, едва держалась на ногах. Было бы чудесно, если бы она упала и раскроила себе голову!

— Что же с ней приключилось?

— Не знаю. Мне показалось, это всего лишь простуда. Они уже послали за лекарем.

— Надеюсь, болезнь не опасна, — искренне произнес Герберт.

— Надеюсь, болезнь не опасна, — сладким голосом передразнил его Ричард. Схватив пару сапог, он с силой швырнул их через всю комнату, так что они ударились о стену, оставив грязный след на побелке. — Послушать тебя, так ты влюблен в нее по уши, — насмешливо добавил он. — Вот обрадуется Лизетта, если узнает!

— Что ты мелешь! Скажи лучше, что будет, если леди Элайя умрет? — перебил его Герберт. — Он снова женится — и наверняка на женщине, которая будет обучена грамоте!

Скрестив руки на груди, Ричард внимательно посмотрел на брата.

— Уж не собираешься ли ты шмыгнуть в кусты?

Герберт ничего не ответил. Подняв с полу сапоги, он аккуратно поставил их возле кровати.

— Смотри в оба, пока меня не будет, — приказал ему Ричард. — И ни шагу без меня.

— Ты же знаешь, я всегда очень осторожен.

— Ни шагу без меня, или те сговорчивые ребята, что так славно проучили мельника, навестят и тебя.

Герберт похолодел, но тут же постарался убедить себя, что страх его напрасен. Ричард может обзывать его, ругать, бранить, говорить, что он глуп и туп, но никогда не поднимет на брата руку.

— Старайся, чтобы леди в наши дела не совалась, и ничего без меня не затевай.