— Я хочу покончить с этим делом, — сказала она Биллу. — Не понимаю, чего он тянет? Хочет поиграть с нами?

— Может, он готовит для нас сюрприз? — сказал Билл, пытаясь успокоить Джудит. Она убедила его в том, что нет ничего невозможного, но он все же остерегался вступать в прямую конфронтацию с Редом, — Может, нам не следует давить на него сейчас. Пусть он сделает это, когда сочтет нужным. Может, он хочет представить это назначение как свою собственную идею. В конце концов, Джудит, Ред сейчас президент и хочет быть уверенным, что сам принимает решения.

— Если все дело только в этом, — сказала Джудит, — пусть каждое утро смотрит на себя в зеркало и убеждает себя в том, что сам принимает все решения. Но я не успокоюсь до тех пор, пока он не объявит на всю страну, кто будет государственным секретарем.

Билл хорошо знал, что, когда Джудит пребывает в таком настроении, с ней лучше не спорить. Он покатил свою коляску к окну, где и стал молча дожидаться прихода Реда. На всякий случай отвел плечи назад, чтобы казаться немного выше и увереннее в себе, так как понимал, что с возрастом уже потерял свою величественную осанку. Несмотря на то, что был прикован к коляске вот уже почти двадцать пять лет, он все еще не переставал проклинать свою судьбу и Трейса Боудина, которому удалось засмеяться последним.

Входя в библиотеку, Ред уже достаточно ясно представлял себе, зачем его позвали. Он увидел Билла, сидящего у окна, и Джудит, скрестившую руки на груди, и почувствовал, что сам выглядит скорее как провинившийся школьник, вызванный к директору, а не как президент страны. Он прекрасно понимал, кто здесь играл роль директора школы.

Несмотря на свою воинственную стойку, Джудит начала разговор достаточно спокойно, даже миролюбиво, но вместе с тем в ее голосе чувствовалась определенная твердость:

— Мы тут с Биллом решили, что нет больше никакого смысла продолжать игру в кошки-мышки с назначением государственного секретаря. Очень ценим твою осмотрительность в этом вопросе, но любая попытка затянуть его решение может вызвать к себе внимание, несоразмеримое его важности. Лучший способ решить — это взять быка за рога и сделать это немедленно! Если ты собираешься стать сильным президентом, а мы в этом нисколько не сомневаемся, то должен научиться делать, что ты хочешь, говорить что хочешь, и пусть другие приспосабливаются к тебе. Это уже их проблемы! Мой дорогой Ред, как ты можешь стать таким президентом, если не будешь предпринимать решительных действий и самым энергичным образом придерживаться их? Я хочу, чтобы ты вскоре созвал пресс-конференцию и объявил о назначении на пост государственного секретаря Уильяма Шеридана — человека, которому ты полностью и безоговорочно доверяешь. Причем сделать это нужно безотлагательно. Предоставь журналистам подумать о причинах и так далее…

«Я так и знал, — подумал Ред. — Старая игра в одни ворота». Он бросил быстрый взгляд на Билла, втянувшего голову в плечи, как будто ожидая удара. Ред не хотел причинять ему боль, и именно из-за этого он всячески откладывал окончательное принятие решения. Но Джудит была права. С этим нужно покончить одним ударом, раз и навсегда. Сильный президент не может позволить себе слишком долгих колебаний. Это уже не повлияет на результат, а лишь отодвинет принятие решения.

И все же ему было трудно пойти на это. В какой-то мере он был признателен Биллу. Более того, ему было жаль его. В жизни крупно не повезло, упустил свой шанс стать президентом. Интересно, уверен ли Билл в том, что выбрал в качестве жены лучшую женщину? Когда Ред думал о Фрэнки, о том, что ей удалось сделать в Сенате, о всех тех законодательных инициативах, которые она протолкнула, о ее доброте и сердечности, ему было жаль этого человека, женившегося на Джудит. Иногда приходила в голову мысль, что Билл просто дурак: жил в каком-то совершенно другом измерении.