|
С другой стороны, Билл пригласил несколько человек просто по телефону, и у нее не имелось ни малейшего представления, кто они и сколько их. Повернув голову, она и в самом деле убедилась, что очаровательнейший мистер Хадсон действительно прибыл собственной персоной в сопровождении их соседей по Юпитер-Айленд — четы Гарриманов. Их приезд заставил хозяйку в очередной раз задуматься над тем, насколько тесен мир. Помощник государственного секретаря Соединенных Штатов Гарриман является по совместительству крестным отцом молодого Питера Дачина, чей оркестр уже занимал места на подиуме в зале для танцев. Что же касается собственно Рока и его появления на приеме, то Франческа вспомнила, что читала как-то в колонке одного из журналов, где публикуют светские сплетни, что Рок был одним из голливудских приятелей Карлотты. Уж не потому ли Билл позвал его? Кто его поймет! Интересно только знать — по этой ли причине пожаловал к ним Рок? Или зашел просто так, из вежливости?
Все вокруг только и делали, что пожимали руки друг другу, и Билл буквально лучился от счастья: — Рад, что ты смог выбраться, Рок! У нас тут полно всякого развеселого народу, и чтобы поддержать класс, необходимы такие парни, как ты! Франческа пожала плечами. Слова Билла невольно напомнили ей множество подобных же слов и словечек, которые он постоянно рассыпал вокруг, строя из себя своего парня для всех окружающих. Казалось, он чувствовал себя своим человеком в любой компании — с выпивохой он мог запросто опрокинуть стаканчик, с крутым парнем был всегда готов обменяться парочкой зуботычин, а если подворачивалась аппетитная дамочка — ему ничего не стоило ущипнуть ее за зад. И всегда ему хотелось первенствовать. Основным лозунгом Билла считалась фраза, которую он как-то случайно обронил: «Я могу положить на лопатки любого мужика, а если мне это все-таки не удастся, то уж перепить его я всегда сумею!» Игра в своего парня позволяла ему неизменно одерживать верх во всяком обществе — будь то Сенат Соединенных Штатов, компания запыленных и пропотевших фермеров, с которыми ему время от времени пришлось встречаться, или даже бригада грубых и отчаянных ребят-докеров, пахавших в порту Майами. Его шуточки неизменно вызывали смех, хотя их смысл ни для кого не был тайной: «Билл Шеридан — человек из народа, и пусть об этом помнят все!» Иногда и сама Франческа забывала о том, что ее муженек закончил юридический факультет в Гарварде. Тем временем Рок разразился одной из своих актерских шуток. Он бросил пламенный взгляд на Д’Арси, которая находилась неподалеку в своем незабвенном плантаторском наряде времен Гражданской войны, и голосом Кларка Гейбла воскликнул: — Откровенно говоря, детка, ты сегодня чертовски хороша! Потом он наклонился к девочке и, клюнув ее в щечку, произнес: — С днем рождения, дорогая Скарлетт! Эта минута стала мгновением абсолютного триумфа для Д'Арси. От восторга она не могла вымолвить ни слова, ее друзья и подружки застыли на месте, словно громом пораженные. Франческа была весьма благодарна кинозвезде за эскападу — ведь ее дочь казалась совершенно счастливой, а поцелуй самого Рока Хадсона кое-как примирил Д’Арси с тем, что отец решил устроить из ее дня рождения очередное политическое шоу. Заодно она готова была простить и Элвиса Пресли, которого в этот день не оказалось рядом, чтобы пропеть для нее «Счастливого тебе дня рождения»… Когда Франческа впервые отважилась сообщить дочери, что на ее празднике девяносто девять процентов гостей будут приглашены ее отцом, та надулась. — Хотела бы я знать, отчего он не устроил свой стариковский праздник в другой день? А теперь старается примазаться к моему! — Только не веди себя как эгоистичная дуреха, — возразила ей Франческа. — Ведь я отлично знаю, что тебе нравится быть дочерью губернатора, а подобные приемы — часть жизни крупного государственного чиновника. |
