Он подумал о новых костюмах, об автомобиле, даже о Карлотте, к телу которой так и не прикоснулся, но которая тем не менее требовала внимания и подарков, и почувствовал, как от этих мыслей его эрекция достигла апогея: член стал твердым, как железо.

Неожиданно для Джудит Билл резко вскочил на ноги.

— Две с половиной тысячи в месяц чистыми! — произнес он, стягивая с плеч пиджак, вешая его на стул и расстегивая брючный ремень.

Джудит снова засмеялась:

— Так, значит, я была права, а ты — нет. Ты — самая настоящая проститутка. Вопрос только в цене.

Когда он, наконец, разделся полностью, то бросился к ней, стащил ее с постели на пол, навалился на нее всей тяжестью мускулистого тела и хотел войти внутрь, но вдруг неожиданно встретил сопротивление! И тогда он понял, что стонущая под ним на полу шлюха — самая настоящая девственница!

Он с силой проник в нее, не помышляя ни на секунду о том, что причиняет ей боль разрывая девственную плеву. Вперед… назад, потом снова вперед, поднимаясь на руках и снова опускаясь на распластанное тело, стремясь все глубже и глубже, действуя членом, как оружием. Ему хотелось разорвать ее на части — и он это сделает… непременно сделает!

III

— Почему ты, черт возьми, не выходишь за меня замуж? — хриплым шепотом твердил Билл, что есть силы сжимая ее нежные белые руки.

Они сидели в недавно приобретенном «плимуте» с открывающимся верхом, за который он заплатил бешеные деньги. Производство легковых автомобилей в связи с военным временем почти прекратилось, и легковушки, особенно с откидывающимся верхом, стали синонимами роскоши. Они с Карлоттой обнимались уже битый час на сиденье автомобиля, причем большей частью они целовались, оттого-то губы у Билла распухли, и он с ума сходил от неудовлетворенных желаний — и физического, и ментального.

— Ты делаешь мне больно, — заметила недовольным голосом Карлотта, выдергивая руку из крепкой хватки Билла.

— Мы женимся, Карлотта, и точка, — убедительно произнес Билл, который решил, что подобный способ обращения с Карлоттой единственно приемлемый. Ей необходимо отдавать команды, а не задавать вопросы и сюсюкать.

— Не глупи, Билл, — засмеялась она, нагибаясь, чтобы поцеловать его в горло, и добавляя Биллу возбуждения, которое и так еще с него не схлынуло. — Я еще слишком молода, чтобы думать о замужестве.

— Тебе уже почти девятнадцать. Вряд ли можно назвать это «слишком юным возрастом».

Тут Билл приготовился прочитать Карлотте целую лекцию по статистике. В частности, о том, сколько девушек выходит замуж в шестнадцать или семнадцать лет, но вовремя спохватился: для Карлотты статистика в мире являлась не более чем пустым звуком.

— Но я даже не закончила колледж! Фрэнки меня убьет! Она буквально спит и видит, как мыс ней вдвоем получим образование.

— Ей будет наплевать на колледж, если ты станешь счастливой. Да и кто тебя просит уходить из колледжа, в случае если мы поженимся?

Он и в самом деле думал так: верил в силу знаний. Кроме того, женщина с образованием явится куда лучшей спутницей для человека с серьезными планами в сфере политики. Но какой смысл был сейчас распространяться на эту тему? Было совершенно ясно, что в случае с Карлоттой риторический метод не срабатывает.

Самый лучший вариант — постараться внушить непокорной Карлотте мысль о замужестве с помощью ее сестры. Если бы ему только удалось доказать Фрэнки, что самое лучшее для Карлотты — выйти замуж, пока она не успела натворить глупостей и, возможно, не слишком безобидных… Тогда Франческа начнет атаку на Карлотту, и кто знает, может быть, тогда мечта Билла осуществиться, Карлотта всегда в конце концов соглашалась с сестрой.