Некоторое время я топталась в нерешительности: уж очень подозрительно выглядел этот чертов туннель. Перед моим мысленным взором возник совсем другой туннель. Я тогда убегала по длинному коридору отеля «Арлингтон» от ужасной картины, увиденной мнойв ванной комнате своего номера Дэвида и его любовницы, – а также от преследовавшего меня запаха того, что сопровождал их сексуальные утехи; он, казалось, сжигал мой мозг. Цветные круги плыли у меня перед глазами, голова кружилась, и тогда я, не в силах больше сдерживаться, разрыдалась и закрыла лицо носовым платком, на котором еще были остатки злополучного порошка.

– Мэгги, – взмолился Шиа, пытаясь вывести меня из оцепенения. Он крепко схватил меня своими сильными руками. – Рискните еще раз. – И позвольте мне быть вашим будущим, – мягко сказал он.

Я глубоко вдохнула и прямо-таки погрузилась в море запахов, распространявшихся от засушенных трав, смешанных сейчас с неподражаемым мужественным ароматом Шиа – тем самым, что вызывал во мне бурю эмоций и страстных желаний. Он стал сейчас для меня путеводной звездой, спасительным оазисом в пустыне, стал родным, как запах собственной кожи.

Удары в наружную дверь становились все настойчивее, и я, убрав бутылочку в карман, положила руки на плечи Шиа и позволила ему втащить себя в зловещую черную дыру. Он, пригнувшись, двинулся по узкому туннелю впереди меня, показывая дорогу. В сыром, затхлом, пахнущем землею воздухе я почувствовала едва заметное движение свежего воздуха; я попыталась определить его источник, но это мне не удалось. Мортиана водворила циновку на прежнее место, погрузив меня в беспросветный мрак. Я тихо запаниковала.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Шиа уже порядком удалился от меня: единственным звуком, нарушавшим тишину мрачной сырой ямы, было мое хриплое дыхание.

Стараясь догнать Шиа, я начала суетливо протискиваться через туннель. Земля с грубо обтесанных стен дождем посыпалась мне за шиворот; ощущение было такое, будто десятки крохотных насекомых ползут по моему телу. Несмотря ни на что, я продолжала движение – из опасения безнадежно отстать от своего спутника. Вдруг моя ладонь накрыла что-то холодное и осклизлое. Я отдернула руку, прикусив при этом нижнюю губу, чтобы не закричать от омерзения.

– Ну же, красавица, двигайтесь, у вас все получится. – Отсыревшие извилистые стены туннеля плохо отражали звук, и казалось, что голос Шиа доносится откуда-то издалека.

Я вытерла о брюки руку и заставила себя снова двинуться вперед; туннель вскоре так сузился, что мне пришлось ползти на четвереньках. Острые камни и песок прилипали к рукам и коленям, тяжелый затхлый воздух будто кинжалом резал легкие. За спиной быласмерть, впереди – неизвестность. Ужасы же, которыми угощала нас эта черная яма, ничем не уступали тем, что остались наверху. Сердце мое учащенно билось, рот был полон какой-то мерзости, на зубах скрипел песок, а горло сдавило удушье. Я была на пороге истерики. Ужас все сильнее охватывал меня.

Я приготовилась умереть.

Мой мозг испытывал кислородное голодание, потому что голова моя сильно кружилась, а тело, казалось, плавало в невесомости. Внезапно чувство дискомфорта исчезло, и мне больше не казалось таким уж страшным остаться здесь навсегда, в полной неподвижности, не волнуясь о таких земных вещах, как необходимость дышать. В таком подземелье, должно быть, имеются сюрпризы пострашнее, чем смерть, думала я рассеянно.

Затем откуда-то – наверное, из самой преисподней я услышала едва различимое пение. Мелодия была мне до боли знакома – именно ее я часто слышала в раннем детстве. Звуки, казалось, доносились из далеких могил, погружая меня в отрадные воспоминания.